Тяжело дыша, с отчаянно бьющимся сердцем — словно она изо всех сил бежала, — Лили прижала ладони к груди Ройала и толкнула его.
— Ройал, нет, пожалуйста… нам… нам надо прекратить.
Он наклонился, чтобы снова ее поцеловать, но Лили отвернулась:
— Нам… нам нельзя так, Ройал!
— Лили…
— Нам надо остановиться, Ройал. Так больше нельзя.
Он содрогнулся, возвращаясь в реальность.
— Да… да. Конечно, вы правы!
Он усадил Лили обратно напротив себя. Его зубы были крепко стиснуты, лицо словно окаменело.
— Я понимаю, что мне следовало бы извиниться.
Я знаю, что этого не должно было случиться. Но это случилось — и я не могу сказать, что сожалею.
Лили смотрела на него, разрываясь между чувством вины и отчаянием, стараясь сдержать слезы.
— Нам… нам больше нельзя оставаться наедине.
— Знаю. — Ройал хотел было взять ее за руку, но вовремя остановился. — Если бы все было иначе. Если бы ход моей жизни уже не был установлен…
Лили судорожно сглотнула.
— Пожалуйста, отвезите меня домой, Ройал.
Еще секунду он удерживал ее взгляд, а потом кивнул.
Постучав тростью по крыше кареты, он приказал:
— Вези нас назад, Мейсон. Остановись в квартале от Мидоубрука.
— Слушаюсь, ваша светлость.
Лили закрыла глаза, ощущая в сердце острую боль. Она была так счастлива! Почему же так получилось, что этот радостный день мог наполниться такой болью?
Лили хотелось бы больше никогда не видеть Ройала. Насколько было бы все проще тогда! Но какой бы виноватой она себя ни чувствовала, она пообещала помочь ему — и должна была это сделать.
Рано утром на следующий день Лили надела простое платье из серой шерсти, а поверх него — плащ с капюшоном, чтобы защититься от ветра и мороси, и отправилась в Сент-Джайлс — трущобы между Фарли и Банбери-лейн. Она намерена была вернуться в ту квартирку, где они с дядей жили шесть лет назад — перед тем как он оставил ее на попечении Колфилдов.
Она понятия не имела, живет ли дядя на прежнем месте или переехал. Однако Джек Моран был человеком консервативным, и она надеялась, что он не покинул обжитой район.
Извозчик добирался до места довольно долго: они ехали со скоростью черепахи, — но в конце концов Лили начала замечать знакомые места: разбитый деревянный тротуар перед чередой обветшавших домов, пивная под названием «Синяя отрава», кузница, из которой доносились гулкие удары молота по наковальне. Квартал был не из лучших, но существовали и гораздо более неприятные места.
Заметив вывеску «Жирный вол», Лили попросила извозчика высадить ее перед пивной.
