"
"Обедал у небольшого водопада, которым окончился мой путеводный ручей – провожатый. Водопад понизу пробил в камне небольшое озерцо, прозрачное – каждую гальку видать на дне. Рыба там водилась крупная, гоняясь за чешуйчатой мелочью, которую исправно поставлял водопад.
Вырезал себе острогу, примитивную – счетверенный наконечник врастопырку. Посидел час на камушке практически неподвижно. Но добыл крупную рыбу только с пятой попытки. Длиной почти с мой локоть. Незнакомую мне на вид. Выпотрошил ее, убрал все брюшные пленки – про них препод по ихтиологии нам говорил, что само мясо рыб ядовитым не бывает нигде.
Только плавники, жабры, брюшные пленки и иногда… икра. Вот и я не буду рисковать. У этого экземпляра икры не было – молоки, но я и их на всякий случай выкинул обратно в воду – рыбки все подъедят.
Запек эту совсем не неизвестную мне по форме рыбу на углях, на импровизированной решетке из сырых очищенных веток. И съел. Даже не съел, а пожрал все, как голодный кот – с урчанием. Соли у меня только мало – спичечный коробок и все.
Но на это раз я не пожадничал. Экономить потом будем.
Отобедал до осоловения, да и привалился к нагретому камню – переваривать. Заодно ноги помыть и портянки на теплом камне просушить. Ноги теперь для меня – главный орган в организме. Хорошо еще я догадался сапоги обуть, а не кроссовки. Сейчас бы от этих кроссовок одни ошметки остались и свалянные убитые носки.
Так хотелось подольше остаться у этого водопада – в ставочке под ним я еще десяток крупных рыбин видел.
Но не ко времени курорт разводить. Топать надо. Определяться с местом. Меня дома ждут.
Горы на взгляд стали выше и дальше. Вроде я на верном пути в долины спускаюсь. Главное выйти к людям, а там до Москвы добраться уже не проблема. Или до Калуги. А от Калуги до родительского хутора уже совсем просто. Деньги у меня с собой есть. На билет хватит. А не хватит, так телеграмму пошлю бате, тогда и вернусь домой даже от Владивостока.
К исходу второго дня наткнулся наконец-то на натоптанную широкую тропу, почти дорогу.
Следы в основном звериные – странные такие копыта скругленным трилистником. Передние – подкованные. Да и следы узких колес четко говорили мне, что люди тут точно есть, раз они что-то возят. А возят они какие-то камни – их много тут по обочине валяется. Рядочками такими с перерывами. По обе стороны пути, что характерно. Видать с кузовов нападали.
Поднял такой камушек, посмотрел – ничего не понял. Камень, как камень. Серый с искоркой.
