Наш поезд составляла коляска с рысаками и фура с четверкой битюгов, на которой везли дефектный жернов, небольшой, меньше метра в диаметре.
Альта со мной в коляске, остальные в фуре.
Женщина время от времени нежно поглаживала мою руку и глаза ее при этом светились. О произошедшем с нами ночью мы не говорили – незачем. Все и так понятно всем. Беседовали о хозяйстве. О том, что работать на рынок ближайшего городка бесполезно – в округе все такие как мы только цену друг другу сбивают. А до Втуца три дня пути. Не накатаешься.
Ореха много осталось с прошлого года, так что новый урожай класть некуда.
На всех ухабах Альта как бы невзначай приваливалась к моему плечу. Я не обольщался ласковыми взглядами этой женщины. Я даже не мужчина для нее. Я ее статус в местном обществе. Впрочем, женщины за статус могут и козла полюбить. Мать как-то созналась мне, на гулянке когда я из армии дембельнулся, что мужчина с положением ей симпатичней кажется.
Через пару часов путешествия коротким поездом въехали в широкое ущелье с мелкой каменистой речушкой по его дну.
Через полтора километра плохой дороги по ущелью вышли на разработки.
Несколько бревенчатых бунгало и обнажение базальтовой породы, от которой клиньями откалывали пласты камня. Жернова тесали здесь же, не отходя далеко от каменоломни. И, правда, чего тяжеленные камни таскать далеко? Работало разом пятнадцать мужиков. Часть вырубала круги из ломаного камня, другие шабрили на этих кругах ровные поверхности. Еще с полдюжины подростков тренировались рубить камень на кругах маленького диаметра как на точильных станках.
Когда мы подъехали, работа остановилась и все глазели на нас с любопытством.
Вперед вышел обросший до глаз мужик в возрасте. Главный мастер в артели. Воняло от него застарелым потом, как от козла, аж глаза резало. Понятно, вода в горной речке считай уже зимняя, а больше ее взять неоткуда. Греть ее – и так в округе они все кусты повырубили, хватило бы на готовку и ладно.
– По какой надобности нас беспокоите, господа хорошие. Нам недосуг – сезон заканчиваем.
Не сегодня – завтра белые мухи полетят. Все заказы будем брать весной.
Стоит гордо. Цену себе знает.
– Сунь нос в фуру. Твоя работа?
Мужик без возражений залез в повозку, ощупывал там руками дефектный жернов, что-то нашел и сознался.
– Моя работа. Кажись в прошлом годе этот жернов на мельницу в Отрадное завозили, как сезон закончился.
Заканчивал фразу он уже стоя на земле.
– Так вот что тебе я скажу, мастер. Брак гонишь. Людям головы дуришь.
