– Прочтите, пожалуйста, и если все в порядке, подпишите.
Первым делом я посмотрела не на текст договора, а на подпись внизу. Она меня разочаровала. Никаких вспыхивающих алым и золотым завитков с росчерками: обычные неразборчивые каракули, чуть смазанные на конце.
Я прочитала договор. Там повторялось то, о чем мы говорили. Принадлежащая мне «возможность осуществления некоей способности», как было сформулировано – в обмен на «умение точно подбирать актеров в соответствии с поставленной задачей (или своими представлениями, на выбор), а также представителей любых других профессий, за исключением космонавтов».
Я подняла на гостя вопросительный взгляд.
– Не спрашивайте! – умоляюще воскликнул он. – Знаю, идиотизм. Наш юридический отдел перестраховывается. Поверьте, вам это не пригодится.
Я перевернула лист. Нет, нигде ничего не приписано мелким шрифтом.
– Вы так и не скажете мне, о какой возможности и какой способности идет речь? Здесь написано – «некоей».
Он покачал головой.
– Нет, Елизавета Сергеевна, не скажу.
Поверьте, это в ваших же интересах.
– И даже после того, как я подпишу, откажетесь удовлетворить мое любопытство?
– В особенности после того, как вы подпишете, – заверил он. – Иначе вы себя поедом съедите. Будете примерять на себя несостоявшуюся судьбу и искать пути ее осуществления. И жалеть, жалеть, жалеть! Так уж устроена человеческая природа. Можете мне поверить.
Да, наверное, подумала я, он прав. Лучше не знать, от чего отказываешься. Достаточно быть уверенным в том, что это так же далеко от тебя, как вершина Эвереста.
"
"Я взяла обычную шариковую ручку и поставила подпись. Рука моя не дрожала, и только в конце нажим вышел чрезмерным – кончик фамилии оказался слегка смазанным.
Представитель встал.
– Благодарю вас! – он прижал руку к сердцу и учтиво поклонился. – Позвольте?
Я протянула ему договор. У меня было странное чувство: я жалела, но не о том, что только что поставила подпись, а о том, что он уходит.
Договор исчез в его руках, будто у фокусника. Подойдя к двери, представитель нахлобучил на голову слегка мятую шляпу (уверена, что ее нигде не было во время нашего разговора и он не снял ее с вешалки), и уже взявшись за ручку двери, напоследок обернулся ко мне и снова провел ладонью в воздухе, будто стирая формулу с невидимой доски.
Мне показалось, что рядом с вентиляторами что-то едва заметно вспыхнуло и погасло.
– А это маленький бонус, – сказал он и мягко улыбнулся. – В благодарность за продуктивное сотрудничество.
