– Ну и слава всем святым, – чуть слышно пробормотал я, убирая мобильник. И тут же снова вздрогнул. На этот раз из-за звонка в дверь.
Первым делом я подумал, что это Оксана пришла убедиться в том, что её сообщение мною получено и, осмыслено. Но эту мысль я тут же отбросил – не в характере старшей Копелевой такие поступки. Хотя от обиженных женщин всякого можно ожидать.
Решив не гадать, я, не включая свет в прихожей, подошел к входной двери и посмотрел в глазок. Однако! Надо сказать, что личность незваного гостя меня и удивила, и насторожила.
На лестничной площадке с невозмутимым выражением на лице стоял не кто иной, как капитан Кузнецов. Тот самый безопасник, которого я терпеть не мог. И был он, судя по всему, не один – кто-то ещё маячил рядом, попадая в поле видимости глазка лишь частично.
Пока я раздумывал, что делать: то ли открывать, то ли звонить Шефу, а то и вовсе сделать вид, что меня нет дома, Кузнецов снова вдавил кнопку звонка, а затем ещё и принялся стучать кулаком в дверь.
– Грин, это Кузнецов! – крикнул он через пару секунд. – Я знаю, что ты дома.
Помедлив какое-то время и дождавшись ещё одного звонка, я вздохнул, включил свет в прихожей и, слегка приоткрыв дверь, выглянул наружу.
– Чего ломишься? – недовольно поинтересовался я и, прикрывшись ладонью, изобразил зевок. – Времени знаешь сколько?
– Всё такой же колючий, – на удивление доброжелательно хмыкнул капитан. И вот эта доброжелательность насторожила меня ещё сильнее. – Время ещё детское.
А вот неотложные дела совсем наоборот – взрослые.
– Какие такие дела? – лениво спросил я, приоткрыв дверь немного шире и разглядывая спутников безопасника. Ими оказались двое подтянутых ребят в гражданской одежде, вопреки ожиданиям, совершенно мне незнакомых. Хотя нет. Лица незнакомы – верно, но вот фигуры и то, как они держались… Очень уж эти парни походили на личный спецназ Ризикуса. А подтверждало мою догадку то, что на обоих была навешена целая куча амулетов, хорошо заметных магическим зрением.
– У меня вообще-то отпуск!
– Никуда твой отпуск не денется, – как-то излишне миролюбиво сказал Кузнецов. И спросил: – Войти разрешишь? А то стоим тут, как три тополя на лестничной площадке.
– Не разрешу, – отрезал я, недовольно хмурясь. – Говори, чего надо, или вали отсюда.
– Да что же ты за человек такой? – напоказ вздохнул безопасник. – Прорыв у нас, Грин. Ризикус за тобой послал. И даже вон парней своих дал.
