Решив, что перепробовал все, что можно, я с досадой вздохнул и скастовал довольно манозатратное заклинание отрезвления.
Через пару минут Куйбышев, мокрый как мышь и с четкими отпечатками моей ладони на красных щеках, начал часто-часто моргать и абсолютно трезвыми глазами посмотрел на меня.
– Ты кто? – с испугом в голосе спросил он.
– Дед Пихто, – пробурчал я и развернул у него перед лицом удостоверение. – Федеральная служба безопасности. Константин Куйбышев?
– Д-да, – неуверенно проблеял он.
– Ты сегодня встречался с гражданкой Кислицыной?
– С Н-наташкой, что ли?
– С Наташкой.
– Н-ну да. Гуляли, – хлопая глазами и явно не понимая, чего от него хотят, признался утырок.
– Как на вас напали в переулке возле торгового центра «Парус», помнишь?
Он на секунду нахмурился, вспоминая, и тут же попытался вскочить. Еле успел его поймать и усадить на место. Теперь в глазах наркомана плескался самый настоящий ужас.
– Ага, помнишь, – удовлетворенно улыбнулся я. И гаркнул: – Рассказывай всё! Быстро!
– Я… я… я… – начал блеять он.
– Я-я н-ничего не видел и не п-помню.
– Слышь, придурок! – угрожающе зарычал я. – Твою девушку похитили, а возможно, что и вовсе убили! Тебе что, нарик хренов, совсем на нее плевать?!
– Я… я… я… – снова бессвязно заблеял Куйбышев, окончательно выведя меня из себя. Схватив утырка за все еще мокрый подбородок, я отвесил ему сильную оплеуху.
– Рассказывай, что там было, урод!
– Она дьявол! – неожиданно заверещал он. – Она меня убьет!
– Она?! – зацепился я за его слова.
– Женщина, рыжая, лет сорока?
После моих слов глаза наркомана стали совсем уж безумными, и он отчаянно замотал головой.
– Я ничего не видел и не знаю! – снова завопил он. – Не имеете права!
Сообразив, что обычными угрозами от него ничего не добиться, я зло сузил глаза и встретился с утырком взглядом.
– Думаешь, она страшная? – почти ласково спросил я. – Думаешь, это она дьявол? Тогда смотри, что с тобой могу сделать я. Смотри внимательно!
И протянул руку к коту, который до этого и не думал убегать, а лишь с интересом посматривал по сторонам, приоткрыв один глаз.
Но увидев, что его собираются потрогать, усатый тут же открыл второй глаз и напрягся, явно намереваясь свинтить.
Но стоило моей ладони коснуться грязной шерсти, как животина расслабилась и растеклась по дивану, не подавая признаков жизни.
– С-смотри, – зловеще протянул я, не спуская глаз с Куйбышева.
Я поднял ладонь над котом и резко сжал кулак, словно схватив нечто невидимое.
