Я натянула одеяло на голову, свернулась калачиком со своими зверями и стала нашептывать им истории про Могучую Марту. Я не могла уснуть целых сто лет, но зато придумала коварный план, как отомстить Кэйти и Ингрид за их гадости.
На следующее утро я встала рано — как только услышала, что мама пошла в ванную. Я пронеслась вниз по лестнице на кухню. Открыла холодильник, и меня тут же отвлекли остатки торта на нижней полке. Мой палец сам собой потянулся и начал собирать крем, вишни и дольки персика, но я быстро одумалась, отставила бисквит и взяла коробочку с яйцами.
Я осторожно потрясла ее, чтобы убедиться, что она полная. Взяв коробку, я понесла ее наверх, спрятав под пижамой, на случай если наткнусь на маму или папу.
Мелисса все еще спала, так что я аккуратно завернула коробку с яйцами в две старые майки и положила ее в мою школьную сумку. Все! Задание выполнено!
За завтраком я немножко нервничала, а мама была на редкость заботлива.
— Девочки, ну и как вам живется вместе? — спросила она, обняв нас обеих.
— Вы быстро заснули после всех этих писков и визгов?
— Одна из нас заснула, — сказала я, запихивая в рот хлопья. — Одна из нас, которая храпит как свинья.
— Я не храплю! — возмущенно сказала Мелисса.
— Конечно не храпишь, — сказал папа. — В нашей семье никто не храпит. Мы просто, знаете ли, глубоко дышим, да?
При этих словах я захихикала и поперхнулась хлопьями, потому что папа храпит ужасно. Он храпит не как поросенок — он храпит скорее как громадный храпун-бородавочник.
— Мартина, поосторожней с этими хлопьями, — сказала мама.
— А я прошлым вечером сшила последнюю подушку и закончила костюм мака. И одна из мам пятого класса прислала мне имэйл. Ее старшая дочь выходит замуж, и они хотят, чтобы я немедленно взялась за свадебное платье, а также за три платья для подружек невесты.
— Но ты уже сделала много платьев для подружек невесты, верно? Ты не должна брать слишком много работы, любовь моя. Пожалей свои руки, — сказал папа.
— Не волнуйся, у меня все в порядке. Эти платья будут им нужны только через несколько месяцев.
И знаете — одна мама из школы танцев хочет для своей дочери синее платье — такое же, как было у Мартины, — она потрепала меня по моим кудряшкам. — Моя дорогая, ты была моей изумительной маленькой моделью.
— Голубая рапсодия, — сказал папа.
— Скорее Синюха, — сказала Мелисса.
Я почувствовала, что краснею. Что, и весь шестой класс тоже называет меня Синюхой? Они ведь даже не знакомы со мной.
— Откуда ты знаешь? — прошипела я.
