Лори где-то обнаружил такой балахон, напоминающий плащ из оперы, и теперь продевает руки Джаспера в его рукава под аккомпанемент собственного бормотания. И наконец заканчивает с коротким «сойдет».
Я пялюсь и ничего не могу с собой поделать. Одетый, Джаспер выглядит совсем по-другому. Как будто был рожден, чтобы стоять в костюме, белой бабочке и плаще, весь безмятежный, монохромный и недоступный, как газоны.
Стоит нам выйти из комнаты, как Джаспер превращается в совсем другого человека и в темпе вальса ведет нас вниз по лестнице, а затем на другую сторону двора.
Его шаги эхом разносятся по каменным плитам, а полы плаща, или что это там, хлопают на ветру. Я с ним знаком дай бог полчаса, а уже получил такой эмоциональный отклик, что странно, как у меня голова до сих пор не отвалилась.
Но тут Лори берет меня за руку. Сам. И, оказывается, это все, что мне нужно, чтобы чувствовать себя счастливым до безобразия."
"В итоге мы оказываемся в профессорской. Которая совершенно не похожа на ту небольшую комнатку, что мне представлялась по названию — это уж скорее зала.
Такой гибрид библиотеки и того, как я себе воображаю эксклюзивный джентльменский клуб (не как заштатный стрип-бар то есть): книги, дубовые панели, старинная мебель, кресла из красной кожи рядом с настоящим камином, в котором горят настоящие дрова… не просто другой мир, а, блин, другой век. В профессорской полно народа — в основном, мужчин, но есть и женщины — и где-то половина из них одета как Джаспер, в гаррипоттерные мантии.
И еще тут стоит стол с выставленными на нем бокалами шампанского, которые можно просто подходить и брать, как на свадьбе.
Я сразу направляюсь туда, таща за собой Лори.
Он хмурится — как когда беспокоится, а не когда злится. Милота.
— Тоби, сегодня пить будем много. Постарайся распределить свои силы.
— Да ты что — это ж шампанское. Халявное шампанское.
Джаспер издает такой, как мне кажется, смешок, который он попытался замаскировать под покашливание.
— У Тобермори есть все задатки академика.
Ага, кроме той части, когда надо учиться в универе.
— Не, это не мое.
— Согласен. — Лори секунду колеблется, а потом берет и себе фужер и чокается с моим, отчего они оба поют.
Я дебильно ему улыбаюсь, потому что так люблю только вот за это чоканье наших бокалов шампанского. Наших. Мы.
— Гораздо лучше быть знакомым академика, — продолжает он, — тогда можно воспользоваться всеми плюсами научной жизни, вроде бесплатного шампанского, без всех минусов.
