Идеалом Надежды была Кейт Мосс, и соседка страшно переживала, что к идеалу этому никак не удается приблизиться. Румяная, рыжая, с конопушками на носу. А формы такие, что доживи русский живописец Кустодиев до наших дней – непременно сделал бы Надежду своей музой и написал во всех возможных и невозможных видах. Но Кустодиев, увы, давно отправился к другим прославленным коллегам по цеху. Все, что ему остается, – любоваться на Надю Кудряшову с райского облака. На пару с Рубенсом.
Ольга сто раз объясняла Надежде, что красота подиумных андрогинов – штука нездоровая, противоестественная, и что настоящая красота – это в первую очередь округлость форм, правильные пропорции, и природа задумала женщину с грудью и попой, а воротилы модельного бизнеса пытаются пойти поперек природы и превратить человека в вешалку.
Но пускай в журналах пишут что угодно, а мужчинам и сегодня нравятся не стиральные доски, а женщины вроде Надежды. Про мужские предпочтения Надежда была очень даже в курсе.
– Им пироги мои нравятся, а еще – водочки выпить, – говорила она.
Сразу после школы Надежда вышла замуж за веселого парня с гитарой. Он играл как бог, сочинял для нее стихи, но спустя время выяснилось, что парень всем радостям семейной жизни предпочитает выпить с товарищами за гаражом. Надежда промаялась пять лет, а потом оформила развод.
Ее бывший муж время от времени появлялся рядом с общежитием. Караулил Надежду, а подкараулив, просил взаймы денег.
– Нету у меня для тебя денег! – отшивала его Надежда. Но бывший не отставал, шел за ней, канючил:
– Надя! Как это может быть объяснимо, что у тебя нет денег для бывшего родного мужа? Как это можно жалеть копейку, словно ты жадная женщина?! Я знаю, что ты добрая женщина!
Заканчивалось всегда одинаково.
Надежда, бубня, что надоел ей бывший муж хуже горькой редьки, сколько лет как развелись, а он все дорогу к ней не забудет, лезла в кошелечек, вытаскивала десятку или полтинник, совала страдальцу:
– Посмотри, на кого ты стал похож?! Совсем спился, свихнулся! Был же нормальный человек!
Муж отвечал, что он как раз и есть нормальный человек и уважаем всеми, а Надежда жалеет для него своих денег.
– Так потому я и жалею, что они мои! – отвечала обыкновенно Надежда. – Ты же все пропьешь! Помрешь ведь от водки этой!
– Без нее – да! От нее – никогда! – заявлял под занавес бывший родной муж и удалялся с гордо поднятой головой, чтобы через месяц-другой снова появиться.
А Надежда продолжала читать журналы и выискивать чудо-диеты.
