Кажется, Сергею Леонидовичу наконец удалось вывести эту железную леди из равновесия.
* * *Строго говоря, никакой трагедии не произошло. Никто не умер, дом не сгорел, третьей мировой войны не случилось… Дети счастливы, работа – хорошо оплачиваемая, дом – полная чаша, няня – чистое золото, шмотки – зашибись, тачка – улет, вид – на миллион, проблем – нет. Ольга же не дура, она же понимает. В конце концов, что стряслось-то? Ну, встретила она Барышева. Ну, был короткий роман. Ну, закончился. И чего теперь? Вешаться? С тем же успехом она могла Барышева и не встретить никогда.
До того, как она познакомилась с ним, его ведь в Ольгиной жизни не было, так? И что? Убивалась она, страдала? Да ничего подобного! Она счастлива была на все сто, ездила с детьми на каток, умасливала заказчиков, хвалила себя молодцом и баловала пироженкой со взбитыми сливками. Хорошо она жила без Барышева. Замечательно и прекрасно. Почему бы и теперь ей так не жить? Все ведь точно так же, как было тогда, до него: есть дети, работа, выходные, пироженки, новые туфли.
Нет Барышева. Живи – не хочу. Но вот что-то не хочется. То есть совсем ничего. Ни работать, ни пирожных, ни туфель новых… Даже в музей с детьми в выходные… Ну, не то что прям уж все поперек горла. Но глаз не горит, и радость от совместных выходных с детьми подтускнела. Как будто не хватает чего-то. Чего-то очень важного. Главного. Кислорода не хватает."
"Нет, умом Ольга все понимала. Ругала себя дурой, которая не ценит собственного счастья. Ей, как старухе в сказке про золотую рыбку, подавай все и сразу.
Не хочу быть столбовою дворянкой, хочу – владычицей морскою, вот как!
Умом понимала, а все равно было тошно. Нет, в истерики она не кидалась, работу не бросила, мыться не перестала. Курить, правда, стала еще больше, но это мелочи. А что похудела – так это даже и хорошо. Без гимнастики и без диет – минус восемь кило за две недели. Никакого похудательного чудо-браслета не нужно.
Надежда, когда Ольга ей все рассказала – и про Стаса, и про министра, которого Барышев велел к черту послать, и про то, как он дверью хлопнул, даже не глянув на Ольгу, а она осталась стоять посреди приемной, – кинулась было утешать подругу.
Мол, все образуется, мол, Барышев поймет, ему просто время нужно… Но Ольга не нуждалась в утешении. Это не Стас приходил. Это прошлое ее настигло. Просто пришло время платить по счетам. За то, что дурой была. За то, что не разглядела вовремя, какая мразь ее бывший муж.
