Призвав на голову директора все мыслимые и немыслимые несчастья, включая такие распространенные кары небесные, как глад, мор и нашествие саранчи, Ольга направилась к машине.
Долговязый мужик в костюме, на которого она наорала с утра, видел в окно, как эта сердитая девица садится в машину, как выруливает со стоянки. Он поморщился, нажал кнопку селектора, дал секретарше распоряжение немедленно найти замену заболевшему водителю и попросил кофе.
Секретарша бесшумно появилась в кабинете, поставила на стол поднос со свежесваренным кофе:
– Сергей Леонидович, к вам Николай Иванович по поводу рекламных буклетов.
Примете?
Но Барышев своего зама по рекламе принимать не стал. Пусть сам разбирается. Еще не хватало гендиректору лично заниматься какими-то буклетами.
* * *По дороге в кабинет Ольгу перехватила Дарья:
– Оль! Поговорить надо. У меня проект по детскому питанию завис, Бойко не справляется.
Ольга кивнула:
– Заходи, говори. Только по-быстрому. У меня в два встреча.
– Да я, собственно, все сказала.
Вот эскизы Вадима. Сама посмотри.
Ольга отпустила Дарью, посмотрела эскизы. Эскизы никуда не годились. Ну что ж, Вадим. Видит бог, ничего личного. Просто пора платить по счетам.
Ольга нажала кнопку селектора и попросила вызвать к ней Бойко.
Через минуту в дверь постучали, вошел Вадим, плюхнулся в кресло:
– Привет!
– Привет, Вадик.
– Чего вызывала?
– У меня есть для тебя сообщение, Вадим. Ты уволен.
Бойко похлопал глазами, открыл рот. Потом снова закрыл и опять открыл, привстал в кресле…
– Я… не понял.
Ольга откинулась в кресле, посмотрела на него:"
"– Ты все понял, и я все поняла. Давно. Денежки получишь в бухгалтерии.
Вадим снова плюхнулся в кресло:
– Я… Я никуда не уйду. Ты права не имеешь.
Губы у него дрожали. Ольге даже на секунду стало его жалко. Впрочем, на войне как на войне. Ее что-то не больно много жалели.
– О’кей, – Ольга повернулась к монитору. – Тогда дуй в народный суд. С жалобой.
– Ты… Я… Я тут шесть лет работаю!
Ольга кивнула:
– Я в курсе.
Следующие шесть лет будешь работать в другом месте. Только вряд ли ты там столько протянешь. Ты плохой работник, Вадик.
– А ты… ты… ты сука!
Ба! Да он сейчас заплачет!
– Это всем известно. Давай, Вадик. Вперед. На родину слонов. – Запищал селектор, голос секретарши из динамика сообщил, что на второй линии – Дмитрий Эдуардович. Ольга сняла трубку, повернулась к Вадиму спиной.
Он понял, что аудиенция закончена, что сука из Урюпинска его проглотила и не подавилась.
