* * *Юра Коротков метался по маленькому Настиному кабинету от двери к окну и обратно.
– Сколько работы псу под хвост! Это же черт знает что такое! Я в Думе три пары штанов просидел, со всем депутатским корпусом перезнакомился, собственные мозги так закомпостировал, что там уже живого места не осталось, сплошь одни дырки, и все зря! Ведь сколько раз говорено было, что политики – такие же люди, как все, и жизнь у них точно такая же, так нет: стоит какого-нибудь депутата убить, сразу крик на всю страну: ах, политическое убийство, ах, депутатов убивают! Какой кошмар! Наступление на демократию! Душат правовое государство! Правоохранительные органы расписались в своей беспомощности! Как будто если дядю Васю-слесаря убили, то это нормально, а депутата тронули – вселенская катастрофа.
Пока убивают дядю Васю, милиция хорошая, а когда убили депутата – так она сразу плохая. А то, что депутата убили вовсе не по политическим мотивам, никто и предполагать не хочет. Сразу дело на контроль ставят, ежедневно по три шкуры дерут со всей бригады и еще следят, чтобы версии обязательно были с политическим уклоном.
Стоит только следователю выдвинуть бытовую версию, сразу косые взгляды: дескать, подкупили его, потому он и пытается спрятать политические концы в бытовую воду.
Настя сидела за своим столом и молча чертила какие-то схемы, давая Короткову возможность выпустить пар. Вода в высокой керамической кружке уже закипела, и Настя достала две чистые чашки и банку с растворимым кофе.
– Тебе наливать? – кротко спросила она, улучив паузу между двумя гневными фразами.
– Наливать, – буркнул Юра. – Вот ты мне объясни, зачем все это?
– Что – это?
Настя насыпала в чашки кофе, бросила по два кусочка сахара и налила кипяток.
– Формулируй четче, солнце мое незаходящее, а то под руинами твоих бурных эмоций уже ничего не найдешь."
"Коротков внезапно остановился посреди кабинета и громко расхохотался.
– Аська, все-таки я тебя обожаю.
Ты – единственный человек, который умеет справляться с моим настроением одним движением пальца. Как у тебя это получается?
Она улыбнулась и протянула ему чашку.
– По наитию. Я же тебя много лет знаю. Бери осторожнее, чашка горячая. Так что ты хотел спросить?
– Я хотел спросить, зачем эта фантастическая команда напрыгнула на нашу Танюшку?
– А ты не понял? Деньги, Юрик. Огромные деньги, которые можно делать, став единоличным издателем ее книг.
