– Девочки, девочки, не ссорьтесь! – вмешался Паровозников. – Мы пойдем гулять в такое место, где никто нашу звезду не опознает.
– На кладбище? – фыркнула Юлька.
– Можем и туда.
Увлекательный диалог был прерван звонком в дверь, и все трое, умолкнув, посмотрели друг на друга.
– Это кто еще? – спросила Юлька.
– Не знаю.
– Так, может, откроешь?
– Может, и открою, хотя никого не жду.
Она вышла в прихожую, глянула в «глазок», но там никого видно не было.
«Чего бояться, Андрей же здесь», – подумала Лена и открыла дверь.
Из-за косяка тут же возник огромный букет розовых пионов, а затем – Павел с широкой улыбкой:
– Привет. Хорошо, что ты дома.
– Проходи, – посторонилась Лена, впуская его в квартиру. – Я, правда, не одна.
– Да уж вижу, – кивнув на ботинки Андрея, сказал Голицын.
– Будь ты чуть более наблюдательным, заметил бы еще пару туфель явно не моего размера и фасона, – не удержалась от маленькой шпильки Крошина, кивнув на ярко-красные лаковые лодочки, притулившиеся у обувной стойки.
– Да, действительно! – рассмеялся, как показалось Лене, с облегчением Павел.
– Позор мне, позор. У тебя гости?
– Да, прилетела подруга из Москвы и Андрей зашел.
– Лена, кто там? – Из кухни появилась Юлька, и Голицын на секунду замер:
– Дайте я угадаю! Вы – та самая актриса, ради которой мне пришлось смотреть на днях почти сто серий какого-то сериала?
– Не преувеличивай, всего одну, – поправила Лена, но Павел покачал головой:
– Нет, дорогая, я дома пересмотрел почти все исключительно ради твоей подруги. Кстати, меня Павлом зовут.
– Юлия, – Воронкова протянула руку, но не для поцелуя, а для рукопожатия, что означало – Ленин кавалер на нее пока не произвел нужного впечатления. – Пообедаете с нами, Павел?
– Да проходи же, что мы тут… – спохватилась Лена. – Мы вчера окрошку готовили.
– Окрошка – это отлично. Я только руки вымою, – Голицын сделал шаг в сторону ванной.
– Это кто? – шепотом спросила Юлька. – Лицо знакомое вроде.
– Голицын это. Писатель.
– Рехнуться можно! Это где же ты его подцепила?
Лена, не отвечая, взяла вазу и вышла с ней в кухню, наткнувшись на удивленный взгляд Андрея.
Поставив букет в воду, она примостила его на подоконник и вынула из шкафа еще одну тарелку.
– Кавалер? – понимающе протянул Паровозников.
– Перестань! – предостерегающе попросила Лена.
– Мы стали часто встречаться здесь, Андрей Александрович, – громыхнул за ее спиной вышедший из ванной Павел.
– Вас это нервирует?
– Нет, – пожав плечами, Голицын опустился на табуретку.
