Да, точно – два года назад, в мае. И Аринка была, девчонки еще кольцо ее разглядывали – там не меньше пяти карат было.
– А теперь скажи, как вяжется кольцо в пять карат с рассказами о скупости супруга? – перебила Лена. – Тебе это не показалось странным?
Юлька опять задумалась, машинально перемешивая молотую черемуху в ступке.
– Ну, по ее тогдашнему виду я не сказала бы, что муж ее деньгами как-то обделяет. Платье на ней было от Диора, и не копия, а настоящее, туфли тоже какие-то дорогие, не вспомню, конечно, сейчас, какого бренда, но точно – не с рынка.
Ну, и кольцо… – Юлька закрыла глаза и мечтательно протянула: – Где бы себе такого скупердяя найти, а?
– Юля, не смешно. Человек погиб, упал с веранды ресторана на камни и разбился насмерть, и подозревают в этом как раз Арину. И не исключен вариант, что она исчезла как раз потому, что виновна."
"– Ужасы ты какие-то рассказываешь, – став моментально серьезной, сказала Юлька. – Только я не думаю, что Арина могла. Ты вспомни – она была глуповатой, но беззлобной.
Подчинила всю жизнь тому, чтобы выйти замуж за богатого, операции какие-то делала, а теперь что же – собственными руками с трудом добытое счастье на камни толкнуть? Ни за что не поверю.
Лена задумалась. Да, она тоже считала, что Арина, исходя из всего, что о ней было известно, не могла разрушить то, что так старательно выстраивала много лет, готовясь к подобной жизни еще со школьной скамьи. Да, вышло немного не так, как она мечтала, и супруг попался с характером и странными привычками, но в целом-то пазл сложился – деньги в семье водились, драгоценностями муж одаривал, сын прекрасный, талантливый мальчик.
Ну, отдых не на Мальдивах, банкеты не в ресторане – но ведь после каждого «не такого» мероприятия у Арины непременно появлялось что-то ценное. И ведь она не уходила от Долженкова, жила с ним, хоть и жаловалась. А если женщине становится совсем невыносимо – она может встать и уйти, а в случае Арины, продав все подарки супруга, можно было остаток жизни провести безбедно.
Разве только Сергей пригрозил отнять сына…
– Надо бы с матерью ее переговорить, – пробормотала Лена.
Юлька как-то странно посмотрела на нее:
– Удивляюсь я тебе, Ленка. Ты что, не помнишь ничего?
– А что?
– Да Аринина мать много лет лежит парализованная, плохо говорит и с посторонними не общается.
– Постой… как это? – оторопело переспросила Лена, хотя в памяти вдруг заворочалась какая-то давняя история, подробностей которой вспомнить она пока не могла.
