— Значит пришло время, — достаю из кармана кольцо без коробки, протягиваю своей любимой малышке. — Ярослава Смольская, ты уверена, что хочешь взять фамилию, запятнанную судебными разбирательствами и грязными скандалами?
— Калужский, блин! — фыркает кто-то из девчонок. Кажется, Аня. — Кто так делает предложение? Романтик!
Они же не знают. Предложение Ясе я сделал давно, без кольца, свидетелей и всей этой лишней шелухи. Замуж брать побоялся. Оставалась вероятность, что приговор всё же будет вынесен. Да, мизерная вероятность, но я не хотел вешать это на любимую женщину.
Теперь, когда я уверен в нашем будущем, просто прошу подтверждения. И кольцо наконец купил.
— Это же фамилия моего, — делает акцент на последнем слове, — мужчины, — пожимает плечами и улыбается ещё теплее. — Конечно, хочу.
— Спасибо, что веришь мне, — надеваю колечко ей на палец.
Всё ещё волнуется. Всё ещё иногда плачет по ночам.
Собирая её слёзы в поцелуях, прикасаясь к дрожащим солёным губам, я знаю, что она мне верит. И я это ценю.
Так сильно, что не могу выразить словами, таких ещё просто не придумали.
Не представляю, какой была бы моя жизнь, если бы я не приехал тогда к брату в лицей и не встретил кареглазую девочку в больших круглых очках.
Да-да, влюбленную совсем не в меня, а в голубоглазого мальчишку из своего класса.
Если бы у нас не было года дружбы. Если бы у меня не было её…
Я был бы каким-то другим Гордеем Калужским, наверное. Не таким счастливым.
Мне некуда было бы спешить. У меня всё ещё не было бы чувства дома.
Я бы до сих пор так и не понял, что такое, когда у тебя есть семья. Когда тебя любят. Когда тебя ждут любого, даже если ты ошибся. Сильно. Почти смертельно. Ты остаёшься нужен, потому что ты это просто ты.
Она дуется, что я опекаю. А как иначе? Она же такая хрупкая и такая родная. Да, сильная. Да, повзрослела. И наши отношения чуть изменили градус. Всё равно Ярослава Смольская навсегда останется моей той самой девочкой в больших круглых очках и платье в мелкий белый горошек.
И я буду оберегать её. У меня иначе не получается.
Яська ворчит, но и это во мне принимает. Любит. И я люблю её.
Чтобы там кто не говорил, всё было не так! Мы с ней точно знаем!
— Мы всё пропустили? — узнаю голос младшего братишки.
— Да не, шар же целый. Его лопнуть должны, да? — спрашивает Кирилл.
Встав у будущей жены за спиной и устроив ладони у неё на животе, киваю приехавшим парням.
— Чего так долго? — фыркает Анюта, вешаясь на шею своего Макса.
