Уронив сигарету и зажигалку, она обняла его за плечи и прижалась, как можно теснее, будто прорастая в него. Она даже подвывала тихонько от силы всех ощущений, обрушившихся на нее.
Он оторвался от Натальи, заглянул ей в глаза.
Совсем близко.
«С ума можно сойти!» — с восторгом подумал Антон и поцеловал снова.
Дышать стало совсем нечем, и они «вынырнули» из поцелуя. Ослабив объятия, он дал ей возможность съехать по нему и встать на ноги.
Она смотрела совершенно обалдевшим, отсутствующим взглядом.
И глаза у нее в этот момент были совсем не зеленые, а золотисто-карие.
— Господи, что это было? — хриплым шепотом спросила Наталья.
— Вот именно! — утвердил все сразу Антон.
И, не удержавшись, поцеловал еще раз. Легко, не так отчаянно, боясь не удержаться на том миллиметре сознания, который еще оставался.
И отступил — подальше от соблазна.
Несколько мгновений они смотрели друг на друга, как будто были не здесь, а где-то там, где знали и чувствовали себя вместе, одним целым.
А потом в один момент они пришли в сознание.
И вместе с сознанием вернулось все остальное.
Он видел, чувствовал, что нравится ей, и видел также, как она все время себя внутренне одергивает, не разрешая себе им увлекаться.
Он даже предположить не мог, что у нее в голове и что она напридумывала о нем такого, что все время убегает то ли от него, то ли от себя. И даже не пытался предполагать — бесполезно, к женщинам мужская логика неприменима, а додумывать, что к чему, он не будет, он все у нее выспросит, обязательно, и как-нибудь с этим разберется.
Антон поднял с пола зажигалку, достал сигареты и, прикурив сразу две, одну протянул Наталье.
— Ты что-то притихла. — После такого поцелуя на «вы» никак не получалось.
Она открыла рот, собираясь ответить… и закрыла, так и не произнеся ни слова.
— Ясно, — усмехнулся он, тихо радуясь за нее и себя.
Наталья курила, отвернувшись от него, смотрела в темное поездное окно, о чем-то думала, и это его настораживало. Она затушила сигарету и сказала:
— Я спать пойду.
Антон притянул ее к себе, обнял, уткнувшись подбородком в ее макушку.
— Ты только ничего не придумывай — плохого, я имею в виду, не придумывай. Все будет хорошо.
Они еще постояли, обнявшись и слегка раскачиваясь.
Потом он взял ее за руки, отодвинул от себя, всмотрелся и, легко поцеловав в губы, развернул к двери.
— Ну иди спи. — Хотел хлопнуть по попке и даже протянул руку, но в последний момент передумал, поднял руку и погладил по голове.
