«Так, спокойно, что может случиться? Значит, Хаким не купился! Людей у него здесь мало, с меня ему слабо начать сразу, ему нужно время! Да и потом, он же понимает, что я — это не разменная карта: за такую операцию и возможность его взять контора пожертвует одним, тем более бывшим, сотрудником! Да и х… ты меня просто так взял бы! Ната другое дело! Может, он и не понял, какие у нас отношения, но то, что мы все будем пытаться до последнего ее вытащить, — это он понимает! Господи! Прошу Тебя, только не это!»
Он редко просил у Господа что-нибудь, только для своих ребят, а для себя ничего.
Но сейчас, подъезжая к Натальиному дому, он молился всеми известными ему молитвами, точно зная, что без нее он перестанет быть тем Антоном Ринковым, которым был.
Без нее теряет смысл вся его жизнь, как бывшая, так и настоящая. Все, что было в нем стержнем, — это его родители, он сам, но большая часть его самого была она! Только ее он всю жизнь ощущал рядом, ждал, не позволяя себе идти на компромиссы в трудных ситуациях, чувствуя, что цена компромисса — встреча и жизнь с этой женщиной, которую он не знал и даже не надеялся встретить!
Не закрыв машину, он выскочил из нее и помчался, перешагивая ступеньки, наверх, к ней в квартиру.
На его звонок дверь открыла Ната.
Почувствовав такое облегчение и радость, что слегка подкосились ноги, он шагнул в коридор, заграбастал ее, стал безумно целовать куда попадется: волосы, лоб, глаза, щеки, губы!
Он отпустил себя и только повторял: «Благодарю Тебя, Господи!»
Антон, уткнув ее голову сильной рукой себе в грудь, пытался унять слезы облегчения, навернувшиеся на глаза!
Она молчала, ничего не спрашивая, обняла его и тихо сопела ему в рубашку, принимая всю силу его переживаний.
Из комнаты, улыбаясь, выскочила Вета, но, увидев выражение его лица, сразу захлопнула за собой дверь, не давая выйти детям, округлила глаза и прикрыла рот ладошкой.
Успокаиваясь и пытаясь успокоить Вету, он, все еще прижимая Нату к себе и глядя поверх ее головы, спросил:
— Веточка, вы, как местные жители, знаете хорошее место у моря, куда можно подъехать на машине, пожарить шашлыки, поплавать, отдохнуть?
Она, все так же не отнимая ладошку от губ, кивнула.
— Вот и замечательно! — понемногу приходя в себя, сказал Антон. — Значит, сейчас мы всей семьей поедем на шашлыки! Антонина Кузьминична и Димка тоже! Михаил взял напрокат машину, мы все поместимся. Вы согласны, Вета?
— Конечно! — ответила она, отняв наконец руку от губ.
