Мы все-таки локализовали все известные нам боевые группы, которые должны были действовать в столице. И срубили одним ударом. Задержали семь человек. Еще четверо были убиты при оказании сопротивления или просто ликвидированы, потому что не было времени с ними возиться.
При допросе выяснилось, что целью одной из групп был член Политбюро Маленков. С учетом тщательности проработки покушение вполне могло удаться."
"Была еще попытка убийства одного члена ЦК, но, к счастью, тот был только ранен. Это означало, что минимум одну терроргруппу мы прошляпили.
Ладно, терпимый результат. Рано или поздно и их найдем, тем более есть кое-какие мысли по этому поводу.
– На доклад к Плужникову, – сказал я, поднимаясь из-за стола.
– Ты там поосторожнее, – посоветовал Фадей. – Наши успехи знаешь, по-разному можно повернуть.
– Да знаю…
Плужников был собран, суров и напоминал египетского фараона, гордо возвышаясь за столом.
Коротко доложив о результатах операции «Корона», о которых он и так знал, я сказал:
– Не так все пошло.
Готов ответить по всей строгости, товарищ комиссар госбезопасности.
В этот момент я был вполне искренен. Я действительно считал себя виновным в таких потерях. Погибло двадцать восемь чекистов и военнослужащих, более двух десятков мирных граждан. А сколько еще ранено. Это настоящая бойня. И за такое принято нести ответственность.
Плужников помолчал. Потом выдал:
– Ответить? Довольно из себя строить институтку, Ермолай. Жизнь у нас такая чекистская. До смерти всегда один шаг. И мы все это знаем.
И те знали, кому не повезло. Знают и те, кто выжил. Так что дело сделано. И оно того стоило.
– Интересно, доживем до тех времен, когда за дело не будем платить жизнями?
– Мы – точно нет. Но сделаем все, чтобы наши внуки дожили, – он внимательно посмотрел на меня и через силу улыбнулся. – Не тужи, Ремизов. Это как раз тот случай, когда результат оправдывается любыми потерями.
– А у меня больше вопросов, чем ответов. Чего все же они хотели в итоге? Теперь из показаний выживших боевиков понятно, что Сталина никто убивать не собирался.
Они намеревались взять его в заложники и держаться до последнего. Диктовать свою волю. И вся эта экзотика лишь ради того, чтобы расстроить готовящийся к подписанию пакт о ненападении с Германией?
– Ермолай, ты же умный человек. Тебя учили рассматривать события в комплексе?
– Учили. Поэтому и понимаю, что, даже убей они вождя, политическое руководство страны никуда бы не делось и взяло бы ситуацию под контроль.
