Но задачи перед «Картелем» сейчас настолько масштабные, что даже агенту такого уровня указали на его место…
Глава 5
– Всесоюзная сельскохозяйственная выставка подводит итог десятилетию, в накале которого крестьянские массы окончательно повернули от мелкого единоличного хозяйства к крупному колхозному хозяйству! – торжественно объявил с трибуны у главного павильона ВСХВ Председатель Совета народных комиссаров Вячеслав Молотов.
Погода, как и настроение, искрилась радостью. Буйство красок и улыбок. Толпы счастливого народа в национальных костюмах.
Здесь сегодня собрались передовики производства, депутаты, военные, Герои Советского Союза. И я вместе со всеми радовался этому действительно знаменательному событию."
"От наркомата меня и еще нескольких человек 1 августа послали на открытие Всесоюзной сельскохозяйственной выставки. Притом не присматривать за порядком, а побыть простым человеком, ощутить мощную поступь советской экономики, воплощенную в бетоне, мраморе и изразцах.
Как и ожидалось, выставка получилась грандиозная, схожая с античными акрополями.
Перед аркой главного входа стояла наконец-то открытая для всеобщего обозрения величественная скульптура Мухиной «Рабочий и колхозница». Дальше шла широкая аллея с тремя площадями. Волшебные фонтаны, павильоны, по архитектуре напоминавшие древнегреческие храмы. А перед огромным, сделанным из бывшего эллинга для дирижаблей павильоном «Механизация» возвышалась огромная статуя Сталина.
Что ни говори, а идеологический ход был сильнейший. Умеют наши руководители наглядно показать перспективу.
Был наяву представлен такой обобщенный город Солнца, к которому стремится наша страна.
В завершение торжественного митинга под звуки «Интернационала» на флагштоке главного павильона взметнулся и затрепетал красный флаг. Потом звучала новая искрометная и оптимистичная песня любимого народного композитора Дунаевского «Славься Родина обильная». Над Москвой поднялись воздушные шары, выполненные в виде дынь и арбузов.
В разгар веселья неожиданно, чуть ли ни нос к носу, я столкнулся со своим старым знакомым Белобородько.
Это тот самый второй секретарь обкома, курировавший меня по старому месту работы. Вот и встретились в Москве.
– О, какие люди! – распахнул объятия и похлопал меня по плечам Белобородько, немножко полноватый, сутулящийся, похожий на счетовода. Он был одет в белые холщовые брюки и украшенную узорами косоворотку, а его голову прикрывала соломенная шляпа. В общем, стиль колхозный, на злобу дня.
