Бросаюсь к нему на шею и даю волю слезам, меня разрывает на части от обиды и боли. Ну почему? Почему на нас навалилось это все?
Степка в больнице, мама тоже. Феденьку придется бросить на совершенно посторонних для малыша людей.
Как же быть? Что делать? Просто не представляю.
Так плохо… Мне еще не было никогда хуже, чем сейчас!
– Саша, – держусь за Хмельницкого, словно за спасительный плот. – Я не представляю, как выдержать и не сломаться, – всхлипываю. – Так много проблем, – шепчу качая головой. – Так много…
– Справимся! – заверяет, заключая в ладони мое лицо.
Смотрит внимательно и серьезно, не улыбается. Сила и твердость отражаются в глубине его глаз.
Хмельницкий– моя опора и моя надежность. Он своей верой в меня придает столько сил!
Когда Саша рядом, то я чувствую, что справлюсь со многим. Только бы сейчас он никуда от меня не уходил…
– Лисенок, вместе мы все преодолеем, – продолжает. – Ты только больше не скрывай от меня ничего. Хорошо?
Его взгляд… Пробирает до глубины души! Он прожигает дыру в груди и не позволяет ни на секунду сомневаться в мужчине.
Впервые в жизни я твердо знаю и понимаю, какой именно мне все это время нужен был человек.
– Я постараюсь больше от тебя ничего не скрывать, – соглашаюсь, кусая губы. – Но ты тоже мне пообещай, пожалуйста, – прошу его в ответ.
Мое согласие действует на Сашу как самое лучшее успокоительное и антидепрессант. Он вдруг расслабляется и вновь становится уязвимым. Позволяет мне видеть и ощущать силу его любви ко мне.
– Проси, что хочешь, – произносит с улыбкой.
– Конечно, я не джин и лампы у меня нет, но попробую исполнить любое твое пожелание.
– Давай найдем того, кто ответил тогда на мое сообщение, а потом прислал денег, – озвучиваю то, что беспокоит меня уже который день.
Саша смотрит на меня задумчиво, хмурится. Я вижу, как он опять становится собранным и сосредоточенным.
– Хорошо, – приходит его черед согласиться с моей просьбой. – Мы найдем, кто это сделал, – обещает. – Но сначала разберемся со Степкой и вылечим нашего сына.
Так будет правильнее всего.
– Да, – киваю. Внутри, наконец, зреет уверенность, что на этот раз все будет сделано правильно. Вместе мы все преодолеем и все решим!
Сначала вытащим Степу и вылечим его. Сыновья всегда будут стоять на первом месте у нас обоих. Теперь я четко знаю, Хмельницкий никогда не откажется от них.
После того, как разберемся со здоровьем Степы, займемся мамой. Ведь не просто так у нее произошел гипертонический криз.
