Все уже были на месте, Каюк прибежал последним и похвастался, кулаками протирая красные глаза:
— Я вчера полночи читал! Лит-ру готовил заранее. Хочу четверки и мопед. Поможете мне учиться?
— А потянешь? — засомневался Илья. — Ты ж три класса фигней страдал, у тебя в башке стерильно. Не видать тебе мопеда!
— Поможем, — пообещал я, — но предупреждаю: будет трудно.
Все зависит от того, не высушил ли он себе мозги клеем. Если соображалка у него работает, то нормально учиться Юрка сможет. Правда, по математике будет трояки таскать, но и это со временем поправимо.
А если он уродился тупым, как Желткова или Карась, то тут ничего не поделаешь. Он рукастый, не пропадет. Хороший специалист всегда прокормит семью, будь то бухгалтер, профессор или автослесарь."
"— Все в сборе? — спросил Илья, осмотрел собравшихся. — Саши нет. Где она?
Алиса пожала плечами.
— Проспала, наверное. Она может.
Бежать ее будить было поздно, и мы направились в школу, разделившись и разойдясь по кабинетам уже в здании школы.
Расписание еще не составили, вывесили временное, мы переписали его себе в дневники, заметив, что сегодня четвертым уроком 9 «Б» поставили биологию. Значит, на большой перемене надо в библиотеку за учебником.
А сейчас у нас русский, который ведет Вера Ивановна — увлеченный и искренний человек. Учитель с большой буквы, которая всей душой за нас переживает. Она чуть старше нашей классной, но ей нет тридцати. Все-таки учитель — не профессия, а призвание.
Русский был в двадцать втором кабинете, на втором этаже, в самом конце левого крыла, возле учительской.
Наверняка меня там уже ждут люмпены полным составом. Под ложечкой похолодело от дурного предчувствия. Не трусить, Пашка! Они чувствуют страх, а ты сильнее и умнее. Пусть трепещут. Тем более ты не один.
Но ведь это еще сложнее! С меня берут пример друзья, и если я натуплю и облажаюсь, будет большое разочарование. Авторитет, он ведь почти хрустальный, уронишь — вдребезги разобьется.
Напротив запертого кабинета была равная по площади галерея и огромное окно, возле которого столпились девчонки и что-то рассматривали.
Я громко поздоровался:
— Салют, народ!
Люмпенов не было, только Карась, который вился вокруг Памфилова, Кабанова и Райко. Гаечка тоже еще не пришла. Зато явилась Фадеева, рассказывающая окружившим ее девчонкам, как круто с мужиками в сауне, и что ей подарили палку салями и целый торт!
Девчонки-«ашки» сгрудились вокруг нашей Натки Поповой.
