Как же физюля была удивлена ее складным ответом!
Баранова, естественно, нашла, что добавить и подняла руку, но физюля лишь скользнула по ней взглядом и не дала ничего сказать. Видимо, учителя обсудили наше странное поведение в учительской и пришли к заключению, что надо пресекать попытки сводить друг с другом счеты таким образом. Интересно, поддержит ли их Джусь?
Двумя последними уроками был труд, который проходил в отдельно стоящем одноэтажном здании, утопающем в зелени. Слева кабинет для мальчиков с инструментами и станками, справа — кабинет для девочек.
Туалет стоял отдельно, причем на улице. Хоть техничка за ним и следила, периодически щедро посыпала хлоркой, он все равно вонял и был загажен, и туда никто не ходил.
Гаечка страдала в компании недружелюбных девок, а мы пятеро делали табуретку. Трудовик то ли запил, то ли заболел, и предмет вел дрэк.
Начался шестой урок. Дрэк расхаживал между рядами, как надсмотрщик между гребцами галер, когда вдруг дверь распахнулась, и в класс вбежал запыхавшийся Каюк:
— Народ! Алиса… быстрее! — Выпучив глаза, он замахал руками.
— Пацаны потащили ее в туалет! Я следил… и вот…
Не сговариваясь и не спрашивая разрешения выйти, мы вскочили и ломанулись на выход, я прихватил палку, которая должна была стать ножкой табурета. Глядя на меня, все сделали так же
— Это что еще такое…
Возмущенный возглас директора оборвала захлопнувшаяся за моей спиной дверь кабинета.
Значит, Алиса была права, и слежка ей не казалась. Но почему? В школе учатся как минимум шесть так называемых «плечевых» проституток.
Зачем тем парням понадобилась именно Алиса?
Глава 16
Эпоха оборотней
— Сколько их? — спросил я, вслед за Каюком выбегая из здания.
— Трое, — не поворачиваясь, крикнул он.
В голове все еще крутился вопрос: «Почему» — но я отодвинул его на задний план. Неважно. Главное — вовремя успеть. Но почему Алиса не зовет на помощь? Почему жертвы насилия всегда молчат? Считают, что молчанием скроют факт, что они осквернены? Если знать будут все, это еще хуже?
— Нас шестеро, — констатировал я.
— Мы сильнее.
Я не думал о том, что будет потом. Пофиг! Главное — успеть!
Туалет располагался в пяти метрах от основного здания, напоминал кошмарный гибрид ДОТа, пляжной раздевалки и деревенского сортира, имел прямоугольные бойницы, а двери не были запланированы вовсе. Там происходило что угодно, но только не процессы, для которых он был предназначен.
На стреме никто не стоял. Ни всхлипов, ни голосов не доносилось.
