Хотя бы того же Щеглова из московского ФСБ – полковник официально продолжал числиться в рядах Бюро, хотя считался давно уже переведенным в ряды питерской милиции, «для укрепления руководящего состава». Между правоохранительными структурами издавна существует неприязнь, и перевод в презираемую комитетчиком оскорбил тонкую натуру полковника Щеглова, и с этого момента он не считал себя обязанным ничем родному ведомству, поступившему с ним таким предательским образом. Поэтому укреплению МВД полковник посвящал гораздо меньше времени, нежели то предполагалось его руководством.
С гораздо большей охотой он брался за «деликатные» поручения Аркадия Андреевича, что было не только увлекательнее, но и куда выгоднее.
Что касается Молота, то его Хопин предпочитал сейчас держать при себе, справедливо рассудив, что человек, который в совершенстве умеет убивать, должен столь же виртуозно уметь защищаться.
– Ну как?! – спросил Аркадий Андреевич.
– Дождь! – коротко ответил Молот и, прежде чем забраться в салон, стряхнул с зонта капли.
– Твою мать! – отреагировал Хопин, и, когда начальник охраны поднял удивленно глаза, продолжил: – Я тебя не про погоду спрашиваю, синоптик!
– Все в порядке, Аркадий Андреевич! – ответил спокойно Молот. – Меры приняты беспрецедентные. Уверяю вас – президента так не охраняют!
– На президента так и не охотятся! – заметил Хопин. – Щеглов не сообщал ничего нового!
– Нет! – На лице Молота появилась пренебрежительная усмешка – он недолюбливал фээсбэшника, считая, его, как и всю ментовскую породу, – ненадежным и бездарным человеком.
– Лучше бы вы мне это дело поручили! – сказал он напрямик.
– Может и поручу, – пообещал Хопин. – Если Щеглов не справится!
Он выбрался из машины и огляделся по сторонам. Начальник охраны держал над ним большой черный зонт.
– Интересно, – сказал я, – а зонтик у него тоже бронированный или нет?
– Ну вы скажете! – коротко хохотнул Андрей. – Бронированный зонт!
– От этого придурка всего можно ожидать! – заметил я.
– Тем более, что это не такая уж плохая идея, по-моему… Я ее, может, даже запатентую, если только удастся сегодня провернуть наше дельце с господином Булашовым.
– У японцев в старину, – сообщил Заславский, – были в ходу боевые веера, ими можно было и обмахиваться, и использовать в качестве щита!
За такими разговорами мы провели следующие полчаса. Мероприятие, несмотря на дождь, было продолжительным.
