Пусть рассказывает. И правда интересно, что там случилось на самом деле.
Сергей вкратце описал похождения Люберецкого факела, как мы называли разжалованного нынче графа. Оказывается, затаил он обиду на принцессу за своё унижение и во что бы то ни стало решил рассчитаться. Деньги, лечение, извинения он за дело не считал. Решил порешить дочь императора. Хотя, может быть, такое решение пришло к нему уже после.
Главное, что от егеря, лежавшего в больничке рядом с ним, он узнал буквально всё о том, когда, где и как будет проходить охота.
С указанием конкретных троп. Даже сказал, где для принцессы лично лис погонят. Люберецкий намотал всё на ус, вышел из лазарета, загрузился артефактами по горло, благо, большая часть из них бракованной была, и отправился устраивать засаду.
— Ничего не скажешь, получилось у него на славу. Если бы не случайно оказавшийся рядом Никита, мы бы с вами сейчас не разговаривали, — закончил свою речь безопасник.
— Он у нас вообще такой, — Катерина положила мне руку на плечо.
— Герой.
— Это точно, — согласился Олег. — Без него бы мы и из зала не выбрались бы. Наверное.
— Вот, ребят, — сказал Скуратов, отхлебнув кофе из своей чашки. — Можете рассказать, что и как произошло? Просто я камеры отсмотрел, работников допросил, козлов отпущения нашёл. Но мне хотелось бы понимать, что реально произошло.
— А на камерах что? — спросил я.
— Да в том-то и дело, что ничего толком не понятно. Вот, если знаете, есть такие огненные пушки. Вы прям рядом с ними были.
— Ну, конечно, — хмыкнул Кропоткин. — Одна такая Кате нашей эксклюзивный причесон устроила.
— Вот именно она и повела себя странно, — заявил безопасник. — А вы были ближе всего к ней, поэтому могли что-то видеть. Хочу понять, стоит ли мне копать дальше, чтобы найти истинных виновников, либо ограничиться официальной версией, и закрыть дело.
— А какая официальная версия? — опередил меня с вопросом Олег.
— Неисправность оборудования, если совсем кратко, — ответил Сергей.
— Дело в том, что перед самым концертом эта самая пушка находилась в ремонте. Дефекты в ней вроде бы устранили, но проверку она не прошла. На мой вопрос: «Почему?» — мне ответили, что оборудование такого класса слишком редкое и запасной свободной пушки не нашлось во всём городе.
— И это правда? — спросил я.
— Я узнавал, — Скуратов показал мне большой палец в знак того, что мои мысли двигаются в правильном направлении. — Действительно похоже на правду.
