"
"Стоило мне подумать о времени, как оно притормозило.
Я погрузил эфирную руку внутрь тела Катерины. Через образовавшийся пробой внутрь источника и снова прикоснулся к паразиту. Он уже умирал. Движения его стали конвульсивными и замирающими. Хуже всего было то, что он в прямом смысле стал единым целым со стенкой источника Катерины.
Я ухватил его покрепче и сильно, но аккуратно рванул вверх.
Первый раз у меня ничего не вышло. Стенка источника хоть и истончилась, но была ещё довольно прочной на разрыв. Тогда я взял себя в руки и рванул уже сильнее.
Хрясь, и широченная полоса от стенки источника осталась у меня в руке. Выглядело это ужасно. Но самое главное, что паразит был зажат в моей эфирной ладони.
— Давай сюда, — услышал я над ухом невероятно медленный голос Беллы. — Уничтожу.
Я молча отдал ей паразита прям с куском источника, болтающегося, словно грязная тряпка.
Первый этап есть. У меня ещё осталось три минуты.
Взяв паутину, я принялся сшивать стенки источника Громовой. Из расчёта на то, что как только сердце её запустится, сюда потечёт её энергия, которая поспособствует заживлению ран.
Я с грустью отметил, что после моего вмешательства источник Катерины стал куда меньше. Но, наверное, когда речь идёт о жизни и смерти, это не столь уж и важно.
На сшивание краёв у меня ушла минута реального времени. Затем я взял немного магии воды и воздействовал в местах разрыва, чтобы они скорее срастались. Может быть, можно было обойтись и без этого, но это показалось мне правильным.
Теперь предстояло сделать самое главное — запустить сердце.
Хорошо, что я знал, как это делается. Всё-таки сам себе сердце запускал.
Я взял сердце Катерины в эфирную ладонь и принялся сжимать.
Пум-пум, пум-пум, пум-пум…
Работай! Давай!
Пум-пум, пум-пум, пум-пум…
Оно вроде бы схватывало, как двигатель машины, на которой долго не ездили, но затем снова останавливалось. Хм…
И тут я понял, что энергетические каналы девушки полностью пусты. Выжаты досуха. Магическая энергия просто перестала вливаться в неё.
«Ну что, Никит, поделишься своей?» — спросил я сам у себя.
И вместо ответа, влил в её каналы поток собственной энергии. Тут же во всём теле образовалась слабость, но я продолжал массировать её сердце. Пока оно, дёрнувшись, не заработало, как следует.
После этого я сполз на пол и привалился к кровати спиной.
— Как? — спросил меня Арсений, понимая, что я сделал гораздо больше, чем смогли бы врачи.
Практически без сил я повернул голову и увидел расширенные глаза Беллы.
