Тот почувствовал, что находится в центре внимания, вытянул губы трубочкой и радостно заухал.
— Да вы посмотрите, посмотрите на его работы! — воскликнул хозяин кабинета. — Это действительно здорово!
Он забегал по кабинету, чуть согнувшись и наклонив голову.
Надежда Николаевна из вежливости подошла к столу и взглянула на лист бумаги.
Его покрывали беспорядочные цветные линии и завитки, на взгляд Надежды, совершенно бессмысленные и некрасивые. Дочка Надежды рисовала что-то подобное, когда ей было полтора года, это называлось каляки-маляки.
Однако, чтобы не обидеть юного художника и его взрослого покровителя, она глубокомысленно проговорила:
— Да, конечно, это очень интересно…
— Вы видите? — не унимался ученый. — Вы чувствуете исходящую от этой работы экспрессию? А где же ваш фотограф?
— Фотограф? — удивленно переспросила Надежда. — Какой фотограф? О чем вы говорите?
— Что, вы работаете без фотографа? Вы сами все будете фотографировать?
— Фотографировать? — снова переспросила Надежда, ничего не понимая.
— Зачем фотографировать?
— Как зачем? У вас же иллюстрированное издание, значит, вам нужны фотографии самого Винни и его работ…
— Какое издание? О чем вы говорите?
— Но вы же та женщина, о которой говорил Сергей Матвеевич, корреспондент из иллюстрированного журнала, который хотел опубликовать статью о творчестве Винни…
— Нет, я не корреспондент! И я не знаю Сергея Матвеевича! Я вам просто не успела возразить!
— Не корреспондент? — печально проговорил ученый и обратился к своему талантливому воспитаннику: — Ты слышишь, Винни? Оказывается, она не корреспондент!
Винни снова вытянул губы трубочкой и заухал — видимо, это была его реакция на любые новости, как хорошие, так и плохие.
— А тогда кто же вы? — опомнился профессор и нервно почесал обширную лысину.
— Я — знакомая Маши, — ответила Надежда.
— Маши? — переспросил Виталий Никитич. — Какой Маши — из зоологического музея?
— Да нет, вашей Маши! Вашей бывшей жены — Марии Сергеевны Колотун!
— Ах, моей Маши! Что же вы мне сразу не сказали?
— Я первым делом хотела вам сказать, но вы мне и слова не дали вставить…
— Да, извините, со мной такое иногда бывает, я увлекаюсь… ну и как там Маша?
— Неплохо… передает привет Луизе.
Но я к вам, собственно, зачем пришла. Помните, Маша когда-то, года три назад, подарила вам обезьянку…
— Обезьянку? — удивился ученый. — Это на нее совсем не похоже. Она боится обезьян, не знаю почему. Это всегда создавало сложности в нашей семейной жизни.
— Не живую.
