– Оника!
– Эва?! Открой меня! Я боюсь! – с отчаянием кричит девчонка и стучит по двери, а затем, едва я выпускаю её на свободу, плачет в моих объятиях мелко сотрясаясь от пережитого страха.
– Не бойся, Оника, – утешаю я её, поглаживая по спине, а потом вытирая слёзы с щёк. – Он не причинит нам вреда.
– Я говорила ему, что не знаю тебя! И ему лучше уйти! Но он прошел в дом! – всхлипывая, тараторит Оника. – Жаль не попала дровами по его упрямой башке!
В этом я с ней полностью согласна.
– Он запер меня здесь, лишил возможности двигаться и говорить.
Только когда ты подошла к двери, я смогла позвать на помощь! Я так испугалась!
– Не волнуйся, Оника! Ступай к себе в комнату. Мне надо обсудить кое-что с магом, – видя сомнения своей подопечной, я подбадриваю её. – Я его знаю, поверь, с ним я в безопасности."
"С печатью, сделав мне больно, сумеречник навредит и себе, похоже, в нынешней ситуации есть положительные моменты. Спокойно отправив девчонку в её комнату, я возвращаюсь в гостиную нашего дома.
Во время моего отсутствия, Амиран собрал дрова и пристроил кочергу к камину.
Расположился по-хозяйски на моём любимом кресле с высокой спинкой, устало откинув голову, прикрыл глаза. Мне хорошо отдыхалось ночью, а ему вряд ли было до сна после того, как я выкрала сапфировое сердце, и он нашёл на себе мою печать.
– Может, ягодного чаю с мёдом? – вежливо спрашиваю незваного гостя. Деться мне от него некуда. Накалять обстановку глупо.
Сумеречник, приоткрыв аквамариновые глаза, вяло кивает, а я, вздохнув, плетусь на кухню.
Пахнет выпечкой. Нахожу в плетёной корзинке на столе под холщовой тканью свежеиспечённые творожные рогалики. Молодец Оника! Успела с раннего утра. От их румяного вида и аромата просыпается аппетит. Достаю из стазисного шкафа жёлтый кусок сыра и рулет из курицы, с яйцом и зеленью. Только совсем недавно удалось приобрести столь недешёвую вещь, теперь нам не приходится выбрасывать продукты, а обновлять в шкафу заклинание требуется не чаще чем в раз три зимы. Умещаю снедь на большой овальный латунный поднос.
Прихватываю холщовой плотной рукавицей с кухонного очага пузатый оловянный чайничек. Оника следит, и у нас в холодное время года всегда есть горячий ароматный чай. Тут же рядом стоит второй, с залитыми водой травами, и я размещаю его над огнём, чтобы новая порция напитка настоялась.
Вспоминаю, как висела, отяжелевшая за зиму, на стене. Нужно дать девчонке указания полностью переходить на травяные сборы: ромашку, мяту, чабрец.
