— Ну, как жизнь протекает, Джон?
Ребус впился в него взглядом.
Есть люди, разговаривая с которыми нельзя сразу приступать к сути дела: возраст и достигнутое положение обеспечивают им право на известную преамбулу. Он предложил патологоанатому сигарету, тот взял ее.
— Выньте из пачки и для меня тоже, — попросил Ребус. Керт повиновался, и оба мужчины некоторое время молча курили.
— У меня дела в ажуре, док. А как вы поживаете? Часто тянет звонить копам по вечерам и тянуть их в заднюю комнату какого-нибудь затрапезного бара?
— По-моему, «затрапезный бар» выбрали вы, а не я.
Легким кивком Ребус признал справедливость этих слов.
Керт улыбнулся.
— Вы не отличаетесь терпением, Джон.
Ребус передернул плечами:
— Да я готов хоть всю ночь здесь просидеть, но приятнее все-таки было бы знать, о чем речь.
— Речь идет об останках некоего Мартина Ферстоуна.
— Вот как? — Ребус сел поудобнее в своем кресле и положил ногу на ногу.
— Вам, конечно, он знаком, не правда ли? — Когда Керт затягивался, щеки у него совсем вваливались.
Курить он начал лишь лет пять назад, словно ему не терпелось проверить, насколько это приблизит его конец.
— Был знаком, — сказал Ребус.
— Ах да, конечно… в прошедшем времени, как это ни прискорбно.
— Не слишком прискорбно. Признаться, не сильно горюю по нему.
— Как бы там ни было, профессор Гейтс и я… словом, мы считаем, что есть кое-какие темные места.
— В пепле и костных остатках, вы имеете в виду?
Керт медленно покачал головой, не желая поддерживать шутку.
"
"— Судебная экспертиза еще прояснит нам многое из того… — Конец фразы он проглотил. — Старший суперинтендант Темплер постоянно теребит нас. Думаю, Гейтс завтра с ней встретится.
— Но какое это все имеет отношение ко мне?
— Она считает, что вы можете оказаться, так или иначе, причастны к убийству этого человека.
Последние слова повисли в облаке сигаретного дыма между ними. Ребусу не было нужды переспрашивать: Керт понял невысказанный вопрос.
— Да, мы рассматриваем возможность убийства, — сказал он, неспешно наклоняя голову.
— Есть признаки того, что он был привязан к стулу. Я прихватил с собой фотографии… — Он потянулся к стоявшему рядом на полу портфелю.
— Док, — сказал Ребус, — наверно, вам не полагается показывать их мне.
— Знаю. И ни за что не показал бы их вам, если б считал, что есть хоть малейшая вероятность вашей сопричастности к этому. — Он поднял глаза на Ребуса. — Но я вас знаю, Джон.
Ребус покосился на портфель.
