— Я лучше провожу вас, — сказала Шивон.
— Как выглядит офис Отдела уголовного розыска? Меня всегда это крайне интересовало.
— Я проведу с вами экскурсию, — сказала Шивон, — когда мы не будем так загружены работой.
Такой ответ Уайтред была вынуждена принять, но, судя по ее лицу, Шивон могла заключить, что понравился он ей примерно так же, как мог бы понравиться концерт Могуэя.
10
Лорду Джарвису было под шестьдесят. На обратном пути в Эдинбург Бобби Хоган посвятил Ребуса в его семейную историю. После развода с первой женой Джарвис женился вторично.
Энтони был его единственным ребенком от второго брака. Семейство жило в Маррейфилде.
— В округе много хороших школ, — заметил Ребус, несколько удивленный расстоянием между Маррейфилдом и Саут-Квинсферри.
— Но Орландо Джарвис и сам окончил Порт-Эдгар. В юности он даже играл в регби за школьную сборную.
— В качестве кого? — спросил Ребус.
— Джон, — отвечал Хоган, — мои познания в регби легко уместятся на окурке.
Хоган ожидал, что судью они застанут дома, потрясенного горем и в трауре.
Но после пары звонков выяснилось, что Джарвис находится на работе в шерифском суде на Чеймберс-стрит, напротив музея, где работала Джин Берчилл. Ребус подумал было позвонить ей — у него могло оказаться время для быстрого кофепития. Но она обязательно обратила бы внимание на его руки. Так что лучше не рисковать, пока не заживут. Он до сих пор еще не оправился от рукопожатия, которым одарил его Роберт Найлс.
— Тебе когда-нибудь приходилось иметь дело с Джарвисом? — спросил Хоган, припарковываясь на единственную желтую полоску возле бывшей зубной клиники, преобразованной в ночной клуб с баром.
— Несколько раз приходилось. А тебе?
— Раз-другой тоже.
— Дал ему повод запомнить тебя, как думаешь?
— Это мы как раз и выясним, хорошо? — сказал Хоган, прилепляя на ветровое стекло изнутри бумажку с указанием, что машина принадлежит полиции.
— Штраф может обойтись дешевле, — заметил Ребус.
— Почему это?
— Сам подумай.
Хоган нахмурился, думая, потом кивнул.
Не все выходящие из здания суда испытывают сильную любовь к полиции. Штраф обойдется в тридцать фунтов (и после вежливого разговора может быть и отменен). Ремонт же поцарапанной машины влетит в сумму куда большую. Хоган снял бумажку."
"Шерифский суд помещался в новом здании, но посетители уже успели нанести ему урон — окна были заплеваны, стены исчерканы. Судья находился в гардеробной, куда и отвели к нему Ребуса и Хогана. Слегка поклонившись, служитель удалился.
