Что в армии людей тренируют на убийство, но не умеют сделать так, чтобы потом, при переходе к мирной жизни, они остановились.
— На этот счет существует множество анекдотических доказательств.
Она уперлась руками в бедра — жест, призванный показать, что аудиенция окончена. Ребус встал, встала и она. Но Хоган не желал идти у нее на поводу.
— Мы проделали большой путь, доктор, — сказал он.
— Не думаю, что вам удастся вытянуть из Роберта что-то еще, по крайней мере сегодня.
— Сомневаюсь, что у нас найдется время повторить визит.
— Как хотите, конечно.
Наконец Хоган поднялся с дивана:
— Как часто вы видите Найлса?
— Каждый день.
— Я имею в виду — приватно?
— Что вы хотите?
— Может быть, в следующий раз вы могли бы расспросить его о его друге Ли.
— Может быть, — согласилась она.
— И если он что-то скажет…
— То это останется между мной и им.
Хоган кивнул.
— Доверие пациента, конечно, — согласился он. — Но существуют семьи, потерявшие недавно сыновей.
Может быть, вы подумаете и о жертвах тоже, ради разнообразия. — Тон Хогана стал жестче, и Ребус начал теснить его к двери.
— Я должен извиниться за коллегу, — сказал он Лессер. — Трагизм ситуации, конечно, дает свои плоды.
Лицо Лессер слегка прояснилось:
— Да, конечно. Подождите секунду, я вызову Билли.
— Думаю, мы сами сумеем выбраться отсюда, — сказал Ребус. Но еще в конце коридора они увидели приближающегося к ним Билли. — Спасибо за помощь, доктор. — И он обратился к Хогану: — Поблагодари же любезного доктора, Бобби.
— До свидания, доктор, — нехотя выдавил из себя Хоган. Он пошел по коридору, Ребус приготовился следовать за ним.
— Инспектор Ребус? — окликнула его Лессер. Ребус обернулся. — Вам, наверное, самому нужна помощь. То есть консультация.
— Я демобилизовался тридцать лет назад, доктор Лессер.
Она кивнула.
— Тридцать лет таскать на себе такой тяжелый груз было бы невозможно. — Она скрестила руки. — И все-таки подумайте об этом, хорошо?
Ребус кивнул, помахал ей рукой и направился по коридору, чувствуя на спине ее взгляд.
Хоган шел впереди Билли и, казалось, не нуждался в собеседнике. Ребус догнал санитара и пошел рядом с ним.
— Это было полезно, — заметил он, обращаясь к Билли, но так, чтобы и Хоган слышал.
— Я рад.
— Стоило проделать такой путь.
Билли лишь кивнул, довольный, что еще чей-то день оказался столь же лучезарен, как и его собственный.
