— Просто на всякий случай, — ответил я Рико. Таннер и Крис тоже находились в пределах слышимости, тяжело дыша, неглубоко и прерывисто. Марк наполовину обратился. Элизабет была волчицей. Их глаза сверкнули в мою сторону.
— На случай чего?
— Чего угодно. Давай еще раз.
И они повторяли. Снова.
И снова.
И снова.
* * *
Волк выбрал довольно странное место для встречи. Старый крытый деревянный мост за Грин-Криком. Он считался чем-то необычайно оригинальным, хотя краска давно облупилась, а дерево потрескалось. Люди из города частенько приезжали к нему осенью, чтобы сфотографироваться, пока листва вокруг меняла свой цвет.
Он протянулся над руслом ручья, по которому текла холодная вода с высоких гор.
Тем не менее, находился он в стороне от города, а это означало, что никто из людей не пострадает.
Мы не стали заморачиваться с машиной. Марк встретил нас меж деревьев, уже полностью обратившись, глаза сверкали во тьме, хвост подергивался. Элизабет разделась, когда мне позвонил Таннер, услышав ее песнь.
— Это все взаправду? — спросил он."
"— Да, — процедил я сквозь стиснутые зубы. — У них Джесси.
— Черт. Крис. Его же хватит…
— Приведи их. Встретимся в мастерской. Я сам скажу ему.
— Окс…
— Шевелись, — рявкнул я. — Немедленно.
Таннер хмыкнул и отключился.
Я повернулся к остальным.
Робби тоже присоединился к нам — серый волк с черными полосами на морде. Чуть меньше Марка и Элизабет, более поджарый, но зубы у него были остры, а лапы огромны. Тонкая нить каким-то образом протянулась между нами, мягко пульсируя, и я чувствовал, как она звучала «стая-стая-стая» в каждом биении.
Мы не в полной мере сознавали это, ни один из нас, потому что предательство глубоко ранило. И пусть Робби не был Осмондом, тем не менее явился он оттуда же, откуда пришел и тот.
Однако Робби жил с нами. Тренировался вместе с нами. Ел за одним столом. Вряд ли пройдет слишком много времени, прежде чем последние преграды между нами, какими бы они ни были, исчезнут.
Интересно, чувствует ли их Джо?
Интересно, волнует ли его это вообще?
Они следовали за мной меж деревьев, бежали во мраке ночи рядом.
Мне не нужно было смотреть, куда я направляюсь. Я знал это место, этот лес, эти ландшафты. Знал каждый их дюйм. Этому меня научил Томас. Он показал мне, что территория — это дом, и это был мой дом. Я знал, куда прыгнуть, а где пригнуться. Я не задумывался над тем, как и почему. Просто знал.
Мы были осторожны, когда добрались до Грин-Крик, держась в сумрачных тенях.
