Некоторое время мы молчали. Затем, просто потому что мог, я сказал:
— В общем, теперь ты ведьмак семнадцатилетнего Альфы. Отлично справляешься.
Гордо фыркнул и с силой оттолкнул меня.
— Вали на хрен со своим одобрением.
— Мудак.
— Говнюк, — рассмеялся Гордо.
И, возможно, я засмеялся тоже. Совсем чуть-чуть.
* * *
А потом он ушел.
Я дождался волков, потому что знал, они тоже придут.
Первыми появились Картер с Келли, прижав уши к голове и поджав хвосты. Они легли, держась на расстоянии, так что я не мог различить их в темноте, но все же достаточно близко, чтобы я расслышал их тихий умоляющий скулеж и пыхтение.
Когда я не отругал их и не отослал прочь, они придвинулись ближе. И вновь стали ждать.
Потом еще ближе. И снова затаились.
Вскоре они уже лежали, прижавшись ко мне с обеих сторон, положив головы мне на грудь и глядя на меня большими глазами. Их уши подергивались, прислушиваясь к звукам леса, но они не отводили взгляда.
— Я злюсь на вас обоих.
Келли заскулил и прижался носом к моему подбородку.
— Вы оба засранцы.
Картер фыркнул и положил лапу мне на руку."
"— Вы должны позаботиться друг о друге, — велел я им. — И о нем. А если все будет из рук вон плохо, если покажется, что битва слишком серьезная, вы схватите его и убежите. Мне плевать, что он Альфа. Боритесь с этим. Боритесь с ним. Притащите его задницу обратно, если придется. Вы меня поняли?
Оба волка сверкнули на меня своими оранжевыми глазами.
Я слышал, как они шепчутся у меня в голове.
Они говорили: «брат» и «любовь», и «пожалуйста, не сердись на нас, пожалуйста, не ненавидь нас, пожалуйста, не оставляй нас», а у меня не осталось сил их поправлять.
Это не я их оставлял.
Это они бросали меня.
* * *
Картер дремал.
Язык Келли вывалился изо рта, когда я почесал его за ухом.
Потом пришли Марк с Элизабет. Элизабет была волком. Марк — нет.
Он шел рядом с ней, обнаженный, слегка ссутулив плечи.
Я чувствовал Элизабет, но это не походило на Картера или Келли. От нее исходили волны боли и горя.
Это была ужаснейшая скорбь. В которой не улавливалось ни проблеска зелени. В Элизабет не было облегчения. Теперь она находилась в глубокой синей фазе, и я не знал, выйдет ли она из нее когда-нибудь.
Элизабет легла у моих ног и закрыла глаза.
Не потребовалось много времени, чтобы она уснула.
Марк сел рядом со мной.
— Думаю, такой она и останется, — сказал он. — На какое-то время.
— Волком?
— Да.
— Почему?
— Так легче со всем справляться, — признался Марк.
