Розовые очки разбились, осколки их застряли в моем организме напоминанием о том, что я круглая идиотка. И еще, через них теперь преломляется все хорошее. Я просто боюсь кому-то снова довериться.
И этот дом. Мой дом. Я создала его с любовью и заботой. Каждую мелочь, каждый пустячок. Я делала его уютным, старалась. Думала, что мы с Сергеем проживем в нем остаток наших жизней. Что по дому когда-то будут бегать наши внуки, мы им купим собаку, шикарную и добрую, ретривера, например. Не сложилось.
Я сижу в собственной кухне, к которой еще и привыкнуть не успела, с младенческой бутылочкой в руке.
Смотрю в одну точку. И совсем не понимаю, какого хрена я тут делаю.
В соседней комнате спит чужой ребенок. Где-то, совсем рядом чужой мужчина, без которого, как мне раньше казалось, я не проживу и дня. Мой муж. Предавший меня не один раз. Изменщик, мошенник и скот, который меня просто втоптал в грязь. А я… Черт, я подошла к точке невозврата и теперь не знаю, что мне делать. Сделать шаг вперед или назад? Переступить эту гребаную черту? Или все таки отступить? Поплыть по течению, забыть злого великана, который от чего-то стал мне нужен, и…
– Ритка.
Я так рад, что ты сделала правильный выбор, – мою шею опаляет дыхание мужа. Как он только так подкрался незаметно. А может просто я так погрузилась в свои мерзкие мысли, что выпала из противной реальности. – У нас все будет хорошо. Ты не переживай, малому завтра же я найму няню. Никто не требует от тебя любить его. Сонька подписала бумаги, никаких претензий иметь она не будет.
Машуля успокоится. Она переживала очень. Детка, ну прости меня. Я тебя люблю. До слепоты ревновал к этому козлу Горячеву. Но он сказал…
– Что?
– Что ты просто плакалась ему в плечо и пила чай целую ночь у него в номере. Это ведь так?
– А если нет? – вскидываю глаза. Смотрю прямо в лицо Сергея. Черт, а ведь я его совсем иначе вижу теперь. Смотрю, словно на чужого, не любимого.
– Ты ведь врешь? Чтобы меня позлить? Правда? Рита…
– Правда. Я вру. Иди спать, Сережа. День тяжелый был.
– Ты со мной? Спальня, свечи, я соскучился до одури. Просто ужасно.
Он в одном полотенце, повязанном на бедрах. И капельки воды на его груди блестят в тусклом свете настенного бра. И я абсолютно ничего не чувствую. Все таки я ее переступила ту чёртову точку. Давно еще. В тот самый день, когда поехала в гостиницу к Горячеву и сошла с ума. Просто не сразу поняла, что отступать то уже некуда. Я тут только для того, чтобы…
Чертова флешка. Дурацкая, словно насмешка.
