Ну, Бинка и приказала…
– С каких пор у нас Бинка приказывает? Вы совсем рамсы попутали? Адрес клиники мне. И ждать там. Приеду, всех раком поставлю. Ясно?
– Ясно. Раком, – хмыкнул этот придурок. – А больничка тут одна. ЦРБ в поисковике пусть двое из ларца вобьют. Вы же с ними поедете? Я сейчас звякну ребятам… Только зря вы… Баба свалила. Такая она, конечно… Хоть и припадочная, но на реактивной тяге.
К больнице я подъехал через десять минут. За это время я успел накрутить себя до состояния раскаленного оголенного провода.
Не знаю, что меня выворачивало наизнанку. То ли чувство вины, за то, что по моей вине Пупсятине стало плохо, за то, что я ее унизил и заставил нервничать, пусть и ненамеренно. Или… Это был какой-то странный страх. Предчувствие чего-то. Что или поможет мне воскреснуть, или угробит окончательно. А предчувствиям своим я верю. Ни разу меня не подводила моя чуйка.
Глава 39
– Я тебя убью. Нет, сначала ты начнешь связно изъясняться, перестанешь мазать соплями мой диван любимый, между прочим, а потом… Ты вообще понимаешь, что мы тут чуть не охренели? Куда ты сбежала, Рита? Детский сад штаны на лямках, просто.
Машка в полицию хотела заявлять. Я даже Сереже твоему позвонила, хотя его мерзкое козлячье хрюканье не могу терпеть, – рявкнула Валька, и свалилась наконец-то на стул. Слава богу. А то от ее хаотичной беготни у меня снова началось головокружение.
– Я ездила к Горячеву, – икнула я, вцепившись в кристально чистый стакан с водой, поданный мне подругой. – А он там… Оооо. Там у него… Голая… Ыыыы.
И сиськи у нее красивые. Торчком стоят. А я… У меня… Я беременна, – уже совсем спокойно выпалила я, сделала глоток воды. Подавилась, закашлялась, красиво залила все вокруг водой и сжалась на табуретке.
– Ты какаменна? То есть, что? То есть… Сука, Сережа, мать его… Теперь он тебя точно не выпустит из своих паучьих лапок. Даже тут умудрился накозлить. Что ему раньше было не состругать тебе снегурочку? Это он специально. Привяжет тебя к себе. И ты не дернешься.
– Это не Сережа, Валь, – снова икнула я, стараясь на подругу не смотреть.
– Не Сережа… Эх. Чо делацца. Ой, чё делацца то. Ых. В сорок лет не знать, что такое презервативы, это прям…
– Я думала, что бесплодная, – вякнула я. Так себе оправдание, если честно. – И вообще. Дело к климаксу.
– Климакс в сорок лет?
– Ну, у меня в роду ранний климакс. Бабушку вон в тридцать восемь скрутил, маму…
– А болезни всякие срамные тебя тоже не испугали, как я понимаю, – нахмурилась Валюха.
