— Я так и думал, что она сделает что-то в этом роде, — признался Ребус. — Ну и как ты, согласилась?… — Он увидел, что Шивон качает головой. — Нет? Почему? Из-за Эллен Уайли?…
— Не совсем.
— Тогда из-за чего?
Шивон пожала плечами.
— Мне кажется, я еще не готова.
— Ты готова, — с нажимом сказал Ребус.
— Но ведь это не настоящая полицейская работа, правда?
— Что бы это ни было, Шивон, это шаг наверх.
Опустив голову, Шивон рассматривала осевшую на стенках кружки пену.
— Я знаю, но…
— Кто сейчас занимает этот пост?
— Наверное, сама Джилл и занимает… — Шивон немного помолчала.
— Ты считаешь — вместо Филиппы Бальфур мы найдем труп?
— Может быть, и нет…
Шивон подняла взгляд.
— Ты надеешься, что она еще жива?
— Нет, — уныло отвечал Ребус. — Уже не надеюсь.
В тот день Ребус побывал еще в нескольких барах. Сначала он обошел те, что были ближе к дому, потом остановил такси и велел везти себя на Янг-стрит. В машине он хотел закурить, но водитель попросил его этого не делать и показал на значок с перечеркнутой сигаретой.
Я образцовый детектив, утешал себя Ребус. От своей квартиры он старался держаться подальше. Ремонт проводки в полном соответствии с трудовым законодательством приостановился в пятницу вечером, ровно в семнадцать ноль-ноль. Половина паркетных досок так и осталась поднятой, повсюду торчали провода и валялись мотки кабеля; из-за снятой деревянной обшивки стен выглядывали кирпичи.
Свои инструменты электрики тоже бросили в квартире. «Здесь с ними ничего не случится», — пошутили они, зная, что Ребус полицейский. Они, правда, говорили, что постараются зайти утром в субботу, но, естественно, так и не появились, оставив хозяина на выходные в разгромленной квартире. В конце концов ему надоело цепляться за провода и спотыкаться о вывороченные паркетины, и он сбежал. Позавтракал он в кафе, пообедал в пабе и теперь с вожделением подумывал о настоящем шотландском хаггисе на ужин.
Для начала же Ребус решил посетить «Оксфорд».
Ребус спросил у Шивон, какие у нее планы на вечер.
— Принять горячую ванну и завалиться на диван с хорошей книгой, — ответила она, но Ребус знал, что это неправда. Грант Худ раззвонил по всему участку, что Шивон согласилась отблагодарить его встречей в интимной обстановке. Ей он, однако, ничего не сказал. Не хочет говорить — ее дело, решил Ребус.
