— Вы поворачиваете его то так, то эдак, анализируете, пока у вас не появляется новая версия…
— Или новый подозреваемый…
Они переглянулись.
— Возможно, между нами гораздо больше общего, чем мне казалось, — промолвила наконец Джин Берчилл.
— Возможно, — согласился Ребус."
"Часы в дальнем конце зала начали бить, хотя Длинная стрелка еще не дошла до двенадцати. Экскурсоводы и смотрители приглашали посетителей взглянуть на это чудо. При виде оживающих механических фигурок дети широко открывали рты.
Звякнул колокольчик, и мощно вступил орган; раскачивающийся из стороны в сторону маятник блестел как зеркало, гипнотизировал… Поглядев на него, Ребус заметил в нем свое отражение, за которым просматривался весь зал, с каждой его деталью.
— Эти часы стоят того, чтобы взглянуть на них поближе, — сказала Джин. Ребус кивнул в ответ, и, поднявшись, они присоединились к собравшейся перед часами толпе. Среди мельтешащих фигурок он разглядел две, орудовавшие двуручной пилой с кривыми зубьями и уловил в них сходство с Гитлером и Сталиным.
— Еще одна вещь, инспектор, — сказала Джин Берчилл. — Где-то существуют и другие куклы, и найдены они были в других местах…
— Что?! — Ребус с трудом оторвал взгляд от часов.
— Пожалуй, я лучше пришлю вам материалы, которые мне удалось собрать.
Остаток пятницы Ребус провел в ожидании конца рабочей смены. На стене в их рабочем уголке, дополняя бессмысленную мозаику из клочков бумаги со случайными, разрозненными сведениями, появились фотографии спортивной машины Дэвида Костелло.
Его «эм-джи» оказался темно-синим кабриолетом с мягким откидным верхом. Парни из отдела судебных экспертиз не получили разрешения взять соскобы краски с кузова и резины с покрышек, но это не помешало им осмотреть машину со всей возможной тщательностью. Судя по всему, в последний раз автомобиль мыли довольно давно. Если бы он оказался чистым, тогда, возможно, у них бы появился повод спросить Костелло, почему он решил вымыть свою машину.
Детективам, работавшим в университете, удалось собрать еще несколько фотографий друзей и знакомых Филиппы. Фотографии дали посмотреть профессору Девлину, причем в пачку подложили несколько снимков Костелло, однако старый патологоанатом сразу заметил подвох и довольно нелестно отозвался об «идиотских трюках», к которым прибегло следствие.
Между тем с вечера воскресенья, когда исчезла Филиппа Бальфур, прошло уже почти пять дней.
