Ребус и так знал, что Джилл, скорее всего, не бросит Гранта одного — особенно сейчас, когда остальные газеты, а также радио и телевидение бросились в погоню за опередившим всех Холли.
— Ну а ты как?… — спросила она.
— Что — я?
— Что ты собираешься делать дальше?
— Честно говоря, я об этом еще не думал.
— Понятно.
— Не хочу тебя задерживать, Джилл, — сказал Ребус. — У тебя, наверное, и без меня полно дел. Спасибо, что позвонила.
— Пока, Джон.
Не успел Ребус положить трубку, как телефон снова зазвонил.
Это был Грант.
— Я просто хотел поблагодарить вас, сэр, за то, что вы взяли вину на себя и отвели от нас подозрения.
— Тебя никто не подозревал, Грант.
— Это вы так думаете, Джон, на самом же деле…
— Я слышал, у тебя сейчас много работы?
— Но откуда вы?… А-а, понимаю, вам звонила старший суперинтендант Темплер?
— Да, звонила. Скажи: Джилл правда тебе только помогает, или она взяла все в свои руки?
— Сейчас трудно сказать, но…
— Она, случайно, не с тобой?
— Нет, суперинтендант Темплер сейчас у себя.
Знаете, после того разговора с Карсвеллом она… У нее будто гора с плеч свалилась. Готов спорить — никто из нас не испытал такого облегчения, как Джилл.
— Это потому, что она могла потерять больше всех нас, вместе взятых. Сейчас ты, наверное, этого еще не понимаешь, но это действительно так.
— Думаю, что вы правы, — согласился Грант, но по его голосу Ребус понял — он далеко не уверен, что в сложившейся ситуации вопрос о том, удастся ли ему сохранить свое место, не является основным.
— Ладно, Грант, не буду тебя отрывать. И спасибо за звонок.
— До встречи, Джон, увидимся… Не волнуйтесь, все как-нибудь обойдется.
— Кто знает, может быть, мне еще повезло.
Ребус положил трубку и некоторое время сидел, вопросительно глядя на аппарат, но никто не звонил. Тогда он отправился на кухню, чтобы заварить чашку чаю, но обнаружил, что у него кончились и заварка, и молоко. Даже не надев пиджака, Ребус спустился в ближайшую закусочную и купил там кроме чая и молока кусок ветчины, несколько свежих булок и горчицу.
Когда он снова подошел к своему подъезду, то увидел человека, который изо всех сил давил на звонок его квартиры, приговаривая:
— Ну, давай, открывай! Я же знаю, что ты дома!..
— А вот и нет!.. Привет, Шивон.
Она резко повернулась к нему.
— Господи, Джон, как же ты меня напугал!.. — Она подняла руку к груди.
Ребус отпер замок.
