Мусора тоже почти не осталось — как только ушли маляры, Ребус совершил три путешествия к большому мусорному контейнеру на Олд-Далкейт-роуд и собственноручно отволок туда неведомо как попавшую к нему древнюю вешалку, несколько картонных коробок со старыми журналами и газетами, электрический обогреватель с перетершимся кабелем и украшенный портретами звезд восьмидесятых шифоньер из комнаты Саманты. Полы снова были прикрыты паласами. Знакомый (из бара «Суониз») предложил помочь ему прибить их к полу, но Ребус отказался, уверенный, что новые владельцы все равно выбросят все, что придется им не по нраву.
Столь же равнодушно он отнесся и к идее отциклевать полы, хотя это и могло способствовать скорейшей продаже квартиры.
Свое имущество Ребус тщательно пересортировал; все лишнее он безжалостно выбрасывал, пока не убедился, что оставшееся уместится в квартиру с одной спальней, какую он хотел приобрести. Однако где будет эта его новая квартира, Ребус до сих пор не решил, а между тем сроки поджимали: Ребус имел кое-какое представление об эдинбургском рынке недвижимости и знал: если квартира на Арден-стрит появится в каталоге в будущий четверг, то не далее чем через неделю она будет продана.
Иными словами, примерно через пару недель считая с сегодняшнего дня он может пополнить ряды бездомных.
И безработных, коли на то пошло…
Ребус был уверен, что ему позвонят, и один звонок, наконец, раздался. Это была Джилл Темплер.
— Идиот чертов!.. — сказала она вместо приветствия. — Кретин! Урод!.
.
— И тебе всего хорошего, Джилл.
— Ты что, не мог промолчать?
— Наверное, мог, но…
— Но решил добровольно возложить себя на алтарь общего дела, так?… — Голос у нее был раздраженный, усталый, напряженный, и Ребус знал причины и первого, и второго, и третьего.
— Я просто сказал правду.
— Это была не правда, а глу… Впрочем, я все равно тебе не верю.
— Не веришь?
— Да брось, Джон. У Эллен Уайли все было на лице написано.
— Ты считаешь, что я ее… выгораживал?
— Ты никогда не был Галахадом… в полном смысле слова.
Уж конечно, у тебя были свои причины. Ты мог сделать это просто для того, чтобы насолить Карсвеллу — ведь ты знаешь, что он тебя терпеть не может.
То, что она говорила, было очень похоже на правду, но Ребусу не хотелось это признать.
— Как вообще дела? — спросил он.
Выпустив пар, Джилл заметно успокоилась.
— Пресс-отдел в лице Гранта канифолит мозги журналюгам, а я ему помогаю. В общем, все понемногу приходит в норму.
