На столе перед ней лежали остатки сэндвича с тунцом, майонезом и сладкой кукурузой. Тунец оказался несвежим, и теперь у нее бурлило в животе. Впрочем, Сильверсу было на это наплевать.
— Слушай, может, у тебя и бойфренда нет?
— Когда он мне понадобится, я тебе позвоню.
— Звони в любое время, кроме вечера пятницы и субботы — в эти дни я обычно обхожу бары.
— Хорошо, Джордж, я запомню.
— И воскресного вечера, разумеется, тоже.
— Разумеется. — Эллен не могла не подумать, что будь она миссис Сильверс, подобный расклад устроил бы ее как нельзя лучше.
— Только бы сегодня не пришлось работать сверхурочно!.. — Мысли Сильверса приняли иное направление. — Как ты думаешь, обойдется или?…"
"— Трудно сказать. Это будет зависеть от многих факторов… — Эллен знала, от чего это будет зависеть — от средств массовой информации, давление которых может вынудить полицейское начальство потребовать от подчиненных скорейшего раскрытия убийства, от Джона Бальфура, который может попросить своих высокопоставленных друзей сделать ему еще одно «одолжение»… Были времена, когда отдел уголовного розыска работал над каким-нибудь громким делом по двенадцать часов в сутки семь дней в неделю, но тогда за это по крайней мере хорошо платили.
Теперь бюджет сократился, нормативная численность работников уменьшилась, а задачи остались теми же. Эллен хорошо помнила, какая свистопляска началась, когда в Эдинбурге проводилась встреча глав правительств стран — членов Содружества.
Полиция сбилась с ног, обеспечивая порядок в городе, но все были счастливы, потому что за переработку платили по-царски. Увы, это было почти десять лет тому назад… Некоторые из ее коллег (в том числе Сильверс) до сих пор вспоминали ВГПСЧС с мечтательной улыбкой на устах, но Эллен знала, что те времена прошли и вряд ли когда-нибудь вернутся.
Все еще размышляя о возможных сверхурочных, Джордж Сильверс пожал плечами и ушел, а Эллен снова вернулась к делу Юргена Беккера, которое листала.
Сходство фамилий напомнило ей о Борисе Беккере — теннисисте, который ей когда-то очень нравился, и Эллен спросила себя, не приходится ли пропавший студент родственником известному спортсмену. Впрочем, это было маловероятно: если бы Юрген имел хоть какое-то отношение к Борису, знаменитый родственник выпрыгнул бы из своих белых теннисных шортов и заставил бы шотландскую полицию отнестись к делу со всей серьезностью.
