Банк только перечислил деньги на указанные Гуго счета да впоследствии известил своего клиента о том, что предприятия, в которые он столь неосмотрительно вложил средства, растворились где-то на пространстве между Янцзы и Хуанхэ. В результате Гуго Бензи действительно потерял все деньги, но это было еще полбеды — как юрист, он мог довольно быстро заработать столько же и даже больше. Нет, казалось Ребусу, отец Клер потерял нечто более существенное, чем деньги. Он утратил веру в себя и начал верить в самоубийство как один из возможных выходов из положения.
А по прошествии какого-то времени мысли о возможности самоубийства превратились в мысли о его абсолютной необходимости и даже неизбежности. Ребус хорошо понимал это, потому что сам пару раз оказывался один на один с темнотой, имея в качестве опоры лишь бутылку виски. Он знал, что не сможет выброситься из окна, так как всегда боялся высоты — с той самой ночи, когда в армии его заставили прыгать с вертолета. Горячая ванна и перерезанные вены на руках?… Тоже нет — для этого он слишком отчетливо представлял, какое неаппетитное зрелище предстанет перед теми, кто его найдет — все равно, будет ли это знакомый или совершенно посторонний человек.
Спиртное и таблетки?… Но дома Ребус ничего такого не держал. Ехать в мотель, чтобы покончить с собой в безликой, грязной комнатенке, где его найдет усталая, равнодушная горничная? Для нее он будет только еще одним безымянным трупом одинокого мужчины, и…
Впрочем, все это были праздные мысли. На месте Гуго он… Но ведь у того были жена и дочь! Нет, на его месте Ребус так бы не поступил — он просто не мог оставить родных без поддержки.
Но Бензи перешагнул черту, и теперь его дочь избрала для себя профессию патологоанатома, неразрывно связанную с трупами и комнатами без окон, где натужно гудит искусственная вентиляция. Неужели каждый мужской труп, который окажется перед Клер на столе, будет напоминать ей отца?…
— Дорого бы я дала, чтобы узнать, о чем ты думаешь, — сказала Шивон.
— Не продается, — отрезал Ребус и сосредоточился на управлении машиной.
— Приободрись, коллега!.. — воскликнул Сильверс. — Ведь уже вечер пятницы!..
— Ну и что?
Сильверс уставился на Эллен, словно не верил своим ушам.
— Ни в жизнь не поверю, что на сегодняшний вечер у тебя не назначено свидание!
— Свидание?…
— Ну да!.. Сама знаешь: ужин в ресторане, танцы-шманцы, потом вы едете к нему и… — Сильверс выразительно задвигал бедрами.
Эллен Уайли брезгливо поморщилась.
— Прекрати, не то меня стошнит.
