– Ты нам поднял продажи процентов на двадцать, когда сказал в «О-Кей Корале», что пользуешься только «ругером». Здесь наш подарок. – Он откинул деревянную крышку длинного плоского ящика.
Три револьвера, сплошь одна модель – «Блэкхок» под «сорок пять Кольт», знакомое оружие. Но видно, что это подарочные – рукоятки невероятного дерева, полировка, грани…"
"– Семь с половиной дюймов, пять с половиной и четыре и шесть, – пояснил Джо, поочередно показав пальцем на каждый, подразумевая длину ствола. – Патроны я снарядил сам, это прими как знак признательности.
Действительно, в выемке на красном бархате палисандровый поддончик под тридцать шесть патронов и патроны рядочком, с пустоголовыми пулями. И готов поклясться, что все патроны еще и полировали для красоты, вон как сверкают. А рядом с ними перчатки нитяные… это зачем? Чтобы заряжать и при этом на патронах никаких следов пальцев? Или на полированной поверхности револьвера?
Я вопросительно посмотрел на Джо, тот сказал:
– Это на случай, если ты захочешь держать это как экспонат.
– Он усмехнулся.
Я открыл дверку барабана самого длинного револьвера, закинул туда патрон, провернул, закинул следующий. Никто не возражал, Джо смотрел с любопытством, Босс что-то втолковывал продюсеру, кивавшему на каждое его слово, Феллерс продолжал листать бумаги. В дальнюю дверь вошла не очень молодая, но выглядящая молодой женщина с затонированным лицом и уложенными волосами – ведущая. Мне тоже грим какой-то наложили, несмотря на возражения, сказали, что это, чтобы морда под лампами не блестела.
Провернул барабан, чуть оттянув курок. Патрон встал под курок, но здесь не страшно, «ругер» систему сильно поменял, если сравнивать с оригинальной, девятнадцатого века.
Феллерс на секунду оторвался от своих дел, посмотрел сквозь меня своими блеклыми и чуть красноватыми глазами, снова уткнулся в компьютер.
– Красивая вещь, – сказал я, ничуть не покривив душой.
– Старая модель, люди не зря любят.
– Спасибо за отличный подарок, – поблагодарил я Джо. – Вручать будете во время шоу?
– Да, нам же надо похвастаться, – усмехнулся он.
– Тогда разряжаю, – сказал я, оттянул курок, прицелился в просвечивающую лысину Феллерса и нажал на спусковой крючок.
Выстрел в студии оказался на удивление громким и резонирующим. Женщина с прической взвизгнула и выронила папку с бумагами, при этом встала так, что ее стройные ноги как-то совсем странно подогнулись.
