В результате катер до Батлер-Крик я пропустил, зато встретился с Бойцом. Искал его полдня, натыкаясь везде на «только что был, но ушел», и встретил уже днем, на набережной. Вопрос его не удивил. Мы сели на скамейку над пристанью, наслаждаясь все более и более теплым с каждым днем солнцем. С реки тянуло легким ветерком, дальше, ближе к фарватеру, виделось несколько лодок с рыбаками. Не теми, кто ловит для продажи, а для души, с удочками. Берег напротив сплошь зарос лесом, а у единственного более или менее пологого спуска была деревянная пристань для парома.
Сам же паром, небольшой и абы как сооруженный, стоял пока на этой стороне, а паромщик с него тоже рыбу удил, свесив босые ноги. Некого возить пока, выходит.
Боец закурил длинную сигару, потом сказал:
– Людей у Цигеля много было. Тебя кто конкретно интересует?
– Кто от него все время в Доусон плавал?
– Матвей Шнобель, – сразу и уверенно ответил он. – Наш, но из Штатов сюда попал, как и ты. В Нью-Йорке жил, на Брайтоне.
– Он сейчас где?
– Так завалили его, он же с тем золотом ушел, – удивился Боец вопросу.
– На берегу нашли.
– А как он выглядел?
– Невысокий, шустрый такой, говорил очень быстро, – взялся припоминать Боец. – С Днепропетровска он сам вообще, насколько помню. Нос конкретный, как раз таким шнобелем, чего так и погнали… лысел чутка. Одевался по-американски, не как мы.
Да, разница в манере одеваться все же есть у русских и американцев. В Батлер-Крик она чуть сгладилась, тут заметней. Не то чтобы прямо большая, но все же покупателей, когда они в магазин заходят, я различаю сразу.
А вообще приметный такой персонаж получается, надо с охотниками поговорить.
– А как сумели там всех зарезать, как думаешь?
– Честно? – Боец выпустил стручку дыма и закинул ногу на ногу. – Подмешали им чего-то в хавку, иначе и представить себе не могу. Пацаны у него вообще боевые были, сторожить умели. Он без них даже за ворота не выходил никогда.
Вечером встретился опять с Шарапом и Костей Охотником. Беседа снова обошлась мне в ужин и две бутылки водки, не считая того пива, что я выпил сам, чтобы водку не пить, но главное вызнать получилось.
Не помнят они никого носатого и лысеющего среди убитых. Довольно подробно описали каждого покойника, вспоминая и дополняя друг друга, и выходило так, что Шнобеля среди них не было.
– А Мамон у вас как выспрашивал?
– Да как? – чуток озадачился Шарап. – Спросил, мол, догнали? Нет, говорим, повалили их всех на берегу, у костра нашли.
