Конечно, он не мог замахнуться им, не задев при этом за мачту или штаги, но он мог метнуть его. Или выставить вперед на манер пики, чтобы столкнуть Клинка за борт, даже не входя в зону досягаемости меча противника. С учетом качки, так было бы надежнее всего.
— Разве не ясно? Светманн наверняка следит за южным портом.
— Светманн? — С сомнением в голосе произнес Гесте. — Какое отношение имеет эрл к тому, что ты похитил королевского сына? Или он решил, что Радгар пытался спалить его дворец? Так держать, Младшинг.
Ты молодцом. Я полагаюсь на тебя.
Сильно раскачиваясь с борта на борт, маленький кораблик неожиданно резво миновал гавань и нацелил нос в открытое море, без труда обогнав другие покидающие порт суда. Радгару потребовалась целая секунда, чтобы понять, чего хочет Клинок. Он повернул нос суденышка на несколько градусов восточнее, и корабль закачало сильнее, не позволяя Вульфверу и Хенгесту сохранять равновесие.
Туповатое лицо Вульфвера нахмурилось.
— Ничего не похищение. Светманн ихний вожак.
Он хотел сорвать мир.
— Я все-таки не понимаю, зачем ты похищал королевского сына.
— Да помер он, король-то! Вот и крысеныш так говорит.
— Правда? — Сэр Гесте бросил взгляд на Радгара, слишком быстрый, чтобы его противники успели воспользоваться этим. — Ты это точно знаешь, Младшинг? Уверен?
— Да, сэр. Я его видел. Ему перерезали горло.
— Жестоко. Жаль. — Клинок снова повернулся к фейнам, которые медленно, но верно приближались. Теперь и Вульфвер, и Хенгест могли достать его своими веслами.
— Значит, Сюневульф становится королем? Так это у вас устроено?
— Мой отец теперь король, — согласился Вульфвер, — если они только и до него не добрались.
— Не добрались, — сказал Гесте. — Я видел его в толпе. Но он ведь долго не продержится, нет? Ему бросят вызов.
— А фюрд не потерпит его в качестве эрла, — сказал Радгар. — Они скинут его тотчас же, как он ступит на Каттерстоу, — скорее всего его дяде разрешат посидеть на троне не дольше, чем на время траурной церемонии.
У короля Эйледа не будет погребального костра. Он уже сгорел: заклятие, защищавшее его от огня, перестало действовать с его смертью.
Вульфвер свирепо покосился на него и перехватил весло так, словно только сейчас заметил его вес.
— Попридержи язык, крысеныш, если не хочешь, чтобы из него выросло весло. Кто мог убить короля, если не Светманн? Или один знакомый шивиальский мечник?
— Вряд ли, — беззаботно ответил Гесте. — Нет повода.
