А они почти всегда туда проникали, как я ни сопротивлялась. Сначала я казалась себе дурехой, а потом смирилась, что разум тут вообще не причем.
– Мне стоило быть внимательнее. Сам виноват. Надо было сразу понять, что ей не нравится идея с переездом. Что Анжар ей кажется скучным, как сама смерть, – хрипел Кольт, подталкивая меня к двери в спальню. – Не будь я так глупо влюблен, непременно увидел бы, что такая яркая, зажигающая все вокруг пташка не усидит в деревне. Затоскует. Жизнь в провинции, где разговоры только о гхаррах да плотоядной саранче, подходит не всем.
Я вздохнула с сожалением, косясь в мокрые окна, за которыми гудели вековые туры. То, что для кого-то было наказанием, клеткой, для меня было недостижимой мечтой. Спокойная жизнь на природе, вдали от звенящих магией промышленных городов…
– А мисс Мэтьюз после всего…
– Это давняя история, Софи. И я бы больше никогда не хотел к ней возвращаться, – перебил Грег, развернул меня к себе и требовательно сдвинул брови к переносице.
Я понимающе кивнула: мне более чем достаточно его откровений.
– Показывайте вашу ужасно огромную кровать, – смущенно улыбнулась Кольту, но он качнул головой.
– Сама посмотри, – ухмыльнулся гад, отпуская мои плечи и делая шаг назад.
Я проморгалась недоуменно. Он правда начал растворяться, смешиваясь с тенью?
– Эй… Вы куда?! – возмутилась, когда от него остались только зеленые глаза и рот.
Негодяй!
– Поброди тут пока. Мне нужно пообщаться с Терезой и поискать пропавшие бумаги, – произнесли тлеющие в воздухе губы.
– Постараюсь недолго. Но если захочешь проснуться – просто покричи.
Я задохнулась воздухом, беззвучно открывая и закрывая рот. Сказать хотелось многое, но говорить мне было уже не с кем. Даже два зеленых глаза пропали из видимости!
Невозможный мужчина! Вот кто так делает? Кто бросает девушку одну у порога спальни? Взволнованную, продрогшую под дождем…
Я все-таки вошла внутрь. Размах, с которым Грег организовал брачное ложе, поистине впечатлял. Тут особо и места не было, чтобы ходить.
Зато было очень, очень много места, чтобы лежать и… все прочее. Отчаянно меня смущавшее даже в отсутствие зеленых глаз и жарких лап, настойчиво лезущих под подол.
Сейчас, когда Грег исчез, я смогла получше оценить свои ощущения от передвижения по иллюзии. Все казалось очень реальным – запахи, прикосновения к предметам, шум капель, бьющих в крышу и стекло.
Но сам воздух ощущался вязким, плотным. Словно бредешь в невидимом густом сиропе.
