Как бы там ни было, я забралась под каменный навес и оказалась в приятной прохладе. Камень защищал от палящего светила и сохранял внутри комфортную для жизни температуру.
Кольт бросил свой букет на пол. И, одобрительно покивав серым стенам, вернулся обратно к реке. Через три таких похода передо мной лежал уже не «букетик», а целый стог золотистых метелок.
– Повернитесь спиной ко мне, мисс Эштон, – резко скомандовал Кольт, возвращаясь с очередным пучком.
– Зачем? – прошептала с подозрением.
Последний раз, когда я поворачивалась к нему спиной, его лапы вздумали творить совершенно неприличные вещи с моим телом.
Не тратя сил на ответы, он сам развернул меня, как требовалось.
– Послушание… Доверие… – ворчливо напомнил гад, расстегивая пуговицы на платье.
– Что вы творите? – закашлялась сердито.
– Укладываю вас спать, – Кольт дернул ткань вверх и вытряхнул меня из платья. Резко расправил в воздухе материал и застелил им пышную кучку метелок. – Располагайтесь.
Сам вышел за «дверь», которой не было. И в темноте, негромко ругаясь на все лады, принялся набирать пушистую растительность для своего лежака.
Я так устала и издергалась, что без сил упала на «кровать». Носом в солому, прикрытую плотной тканью платья. Даже не особо досадовала, что лежу в одной ночной сорочке. В конце концов, тут темно, как в бездне мрака, вряд ли Кольт что-нибудь разглядит. Ему сейчас не до меня.
Украдкой в угасающее сознание просочилась жутковатая мысль, что мне еще повезло застрять тут с Кольтом.
Я ведь могла оказаться в его кабинете одна, когда шкатулка сработала. Или с Терезой. Или с Дарреном. Или и вовсе с Адамом.
Вряд ли мой жених мог сказать: «Я со всем разберусь». Не представлялась эта фраза, слетающей из его уст, в нынешней плачевной ситуации. А даже если бы и сказал…
Адам чудесный, легкий, веселый, обаятельный… но не особо приспособленный к жизни. Что неудивительно: когда к ней приспосабливаться, если все твои проблемы решают те, кто старше и мудрее?
Не надо было Кольту помогать ему с контрактом.
Да и дом дарить не следует. Немножко самостоятельности и ответственности за свои решения, даже неудачные, пойдут Адаму только на пользу.
Почему я сейчас, лежа на незнакомой соломе незнакомого мира и проваливаясь в беспокойную дрему, думала о женихе? Наверное, потому, что у нас свадьба через три недели. Под Звездносводом.
