Это был человек, которого он знал. В этом я абсолютно уверен.
— Черт побери, — растерянно воскликнул Моргунас, — я даже не знаю, что вам сказать!
— Ничего не нужно говорить, — махнул рукой Дронго, — лучше подождите здесь. Я скоро пришлю охранника.
Он повернулся и зашагал к дому. Там уже царила жуткая суматоха. Алиса и Юхан поднялись к себе, чтобы отмыться. Барнард увел Кристин, которая едва не теряла сознание. В большой гостиной остались только Агнесса со своим другом и Линдси. Охранник стоял у дверей, не понимая, чем может помочь.
Это был молодой афроамериканец лет двадцати пяти. Он тоже был напуган случившимся.
— Иди к гаражам, там увидишь врача. Оставайся рядом с ним, — распорядился Дронго, и охранник, быстро кивнув, почти выбежал из дома."
"Дронго прошел к столу, взял стакан и налил себе минеральной воды.
— Что там произошло? — мрачно осведомился Линдси.
— Его кто-то ударил ножом, — сообщил Дронго, усаживаясь на стул.
Агнесса вздрогнула и схватилась за своего друга.
— Проклятый дом, — прошептала она, — проклятое место.
— Давайте успокоимся, — предложил Дронго, — полиция скоро приедет. Нам всем нужно успокоиться. Я уже просмотрел запись с камеры наблюдения.
— И что вы там обнаружили? — иронично спросил Линдси.
— Как вы выходили на пляж, сразу следом за Моничелли, — ответил Дронго.
Линдси нахмурился:
— Вы с ума сошли? Я не выходил… хотя подождите. Я действительно выходил на пляж сегодня вечером. Дверь была открыта, и я решил немного прогуляться. Я дошел до океана и вернулся.
Мне нужно было быстро вернуться обратно в дом.
— Почему? К чему такая спешка?
— Я визажист и приехал сюда с миссис Кристин Линдегрен, — несколько злым тоном напомнил Линдси, — мне нужно было подняться к ней и проследить, как она накладывает макияж. Тем более что она сама попросила меня об этом. Что я и сделал. Вы понимаете, почему я должен был быстро вернуться обратно.
— И вы никого не видели?
— Представьте, что никого, — отрезал Линдси. — Мне не нравится, что вы разговариваете со мной в подобном тоне.
Неужели вы полагаете, что я мог совершить такое чудовищное преступление? Я — профессиональный визажист, у меня столько премий, зачем мне портить свою жизнь, убивая Моничелли, который лично мне не сделал ничего плохого?
— Сегодня днем вы сказали при мне, что его когда-нибудь накажет бог за его цинизм. Это были ваши слова?
— Но я не орудие бога, — повысил голос Линдси, — и вообще не понимаю, что вы от меня хотите.
