Пришлось, испытывая мучительный страх и неуверенность, залезть под простынку, которой прикрылся Кай. Правда, натянула самый краешек, но все же почувствовала себя комфортнее, тем более что от хозяина даже на расстоянии исходило приятное тепло, и она быстро согрелась. Не так она представляла себе начало семейной жизни, но произошедшее не изменить. Самое удивительное, что впервые в жизни шейта лежала с мужчиной в кровати и дремала. Принятое решение и растущая нужда притупили страх, а излучаемое спящим мужчиной спокойствие и умиротворение позволили порядком измотанной беглянке погрузиться в уютную дремоту…
Пробуждение вышло неожиданным, Шанель резко вынырнула из сна и открыла глаза, поморгала, привыкая к освещению.
Широкая, чуть шершавая ладонь Кайсара покоилась на ее груди, а пальцы слегка теребили сосок, превращая его в ноющий болезненный комочек. Сам хозяин повернулся на бок, лицом к ней, буквально нависая всей своей мощью.
В первый момент она инстинктивно шарахнулась к переборке. Сердце стучало где-то в горле.
Но, взглянув на Кая, Шанель удивленно отметила, что он по-прежнему спит. А его ладонь, не двигаясь, лежит на том месте, которое она только что покинула.
Посидев пару мгновений, шейта тихо застонала — Кайсар невольно разбудил в ней дремлющий пожар вожделения. Грудь отяжелела и ныла, требуя ласки и внимания, прикосновения шершавых пальцев Кая. А лоно… ох, вообще лучше не думать, иначе можно начинать биться головой о стену. Настройка шла полным ходом и требовала подпитки.
Бедняжка посидела еще минутку, жадно разглядывая почти обнаженного Кайсара. Страх близости под давлением всепоглощающей нужды совсем отступил, сейчас она хотела любыми путями погасить обжигающее пламя желания. И унять ноющую боль в груди."
"Судорожно вздохнув, распаленная Шанель осторожно поднырнула под ладонь Кайсара и положила ее себе на грудь, решившись хоть на такие скромные поползновения. Полежала еще немножко, но никаких встречных действий не последовало, а грудь все сильнее ныла.
Шанель аж застонала от досады. И чуть не задохнулась от облегчения, когда его пальцы снова обхватили болезненную горошинку и начали ласкать. Но теперь ей хотелось гораздо большего. Она выгнулась дугой, стремясь плотнее прижаться к его ладони. Опять застонала от накатывающей волны чересчур болезненного желания.
С этим надо делать что-то кардинальное…
Шейта заинтересованно посмотрела на хозяина — он-то должен знать, что делать дальше. Но Кайсар спал.
