Неистребимое любопытство, несмотря на все пережитое, вновь встрепенулось в ней, вынудив подойти и осторожно, опасаясь неизвестно чего, протянуть руку и даже провести пальчиком по прохладной стали двух стилетов с узкими клинками в ножнах. А потом и вовсе решилась коснуться странной жутковатой металлической «загогулины». Почему-то неведомая штуковина оказалась теплой: то ли сохранила тепло руки Кая, то ли сама нагревалась.
Шанель задалась вопросом: он оставил оружие и вышел в санблок, потому что настолько доверяет пиратскому экипажу? Или настолько уверен в себе даже без оружия?
— Энергон настроен только на меня.
В руках других — бесполезен!
Шанель вздрогнула от неожиданности и обернулась. Кайсар стоял позади и бесстрастно смотрел на нее.
— А стилеты? — слишком хриплым, чтобы воспринимался спокойным, голосом спросила она. И дело было вовсе не в оружии, за разглядыванием которого ее застали.
Поразил внешний вид почти обнаженного Кая в коротких обтягивающих серых трусах.
Шанель слишком долго смотрела на внушительную выпуклость в его паху. Потом вспомнила, как Айсель говорила, что Кайсар весь серый: волосы, глаза… И белье, как выяснилось. В то же время под этой невзрачностью скрывались сила, несгибаемый характер и мощная мужская харизма, в чем она сама убедилась.
— Дверь каюты я заблокировал от внешнего вторжения. А в твоих руках мое оружие — детская игрушка… для меня, — ответил Кайсар. Затем вкрадчиво уточнил, вопросительно приподняв серую бровь: — Или ты все же хочешь меня убить?
Шанель отрицательно мотнула головой, отнимая руки от оружия, и прижала кулачки к груди в защитном жесте.
— Я рад, что у нас полное взаимопонимание. Враг и предатель под боком мне не нужен! — Последнее прозвучало для Шанель как угроза или предупреждение, которое расстроило и обидело."
"— Ты не до конца понял нашу природу? Или все еще не веришь? Я не могу быть тебе врагом — это противоестественно. Ведь я полностью завишу от тебя и твоего семени.
И не выдала, даже когда имела на то полное право и считала, что обречена на смерть.
Кай двинулся к ней, отчего Шанель испуганно замерла, упершись в стол бедрами: отступать оказалось некуда. Эльзанец хмыкнул, пожал плечами, от чего заиграли мускулы на груди, а затем развернулся и улегся на кровать. Прикрывшись простыней до талии, равнодушно произнес:
— Санблок в твоем распоряжении. Когда захочешь спать, ложись к переборке.
