— Коброй прошипела она.
— И в мыслях не было донимать вас пустыми расспросами. Просто хочу доказать свою правоту и вынужден касаться настолько интимных вопросов.
— Я заподозрила неладное на третий день задержки недомоганий. Подобное порой случалось, но не более пары дней. Я испугалась и повинилась матушке.
— С момента нашей встречи и до этого момента прошло две недели, если я всё верно помню в физиологии женщин.
— И?
— В этот отрезок времени вы случайно не сталкивались с каким-нибудь лекарем.
— Я со многими встречаюсь, и многие стремятся высказать мне своё почтение.
Я же дочь князя Зарецкого, одного из влиятельнейших лиц царства.
— Хорошо, давайте сократим список до минимального количества. Скажем лекарь который бы оказался рядом с вами в присутствии вашего дедушки.
— Хм. Кажется было такое. Я как раз пыталась уговорить дедушку присутствовать на моей свадьбе, когда вошёл известный столичный лекарь, Жилин. Его бабушка науськала, чтобы обследовать дедулю. Но он меня не обследовал.
— Вообще не прикасался к вам?
— Только поздоровался и поцеловал руку.
— Для отличного лекаря этого вполне достаточно, чтобы определить сам факт беременности. — Победно заключил я.
— Это пока ещё ничего не значит.
— Смерть Михаила. — Словно вколачивая гвоздь, припечатал я.
— При чём тут это? Дедушка же сказал, что он мог расстроить помолвку придав огласке организацию им покушений на вас.
— Только в тот момент до меня никому не было дела, кроме Михаила. Сам он был прикован к постели после ранения, а наймом убийц занимался его слуга.
И не было ни единой причины следить за ним. Известно же о его причастности стало только в процессе следствия по факту убийства Каменецкого. Меня заподозрил околоточный надзиратель Троекуровки. Он же меня и арестовал. Я более чем уверен, что если вы потребуете немедленно представить вам человека, раздобывшего сведения о покушениях на меня, он посыплется на первых же вопросах типа кто, где, как и почему.
Но мы поступим проще. — Я азартно откусил пирожок, вдруг увидев простое и действенное решение.
— И как же мы поступим? — жену явно заинтересовало моё поведение.
— Ольга Платоновна, лично мне не нравится то, что нами играют как марионетками. Я как тупой бретёр размахиваю шпагой, вы словно кукла моргаете глазками, делаете вид, что не замечаете осуждающих, насмешливых и высокомерных взглядов. Или вынуждены осаживать возомнивших о себе слишком много.
