Оно ведь как, выполняя приказ старого князя они меня конечно же раскатают, но он же не вечный, а я может и дурачок, да только не из переулочка. Ещё недавно был никем, но с некоторых пор превратился в фигуру, которую теперь учитывают даже в столичных раскладах. Пусть и в качестве разменной пешки. Но учитывают. М-да. Повод для гордости. Йолки.
— Слабоумие и отвага. Плохое сочетание. — Встретил меня старик, сидевший за рабочим столом.
— Отнюдь, ваша светлость. У вас не было шанса не принять меня.
— Вы так полагаете, сударь?
— Я это знаю.
Тихо взять меня у вас не получилось бы, вышло бы громко и грязно. Это привлекло бы внимание властей. Конечно вы смогли бы замять это дело, но если к этому прибавить активированную одну из моих карт связи, то картина меняется. На сцене появляется свидетель, который подтвердил бы, что драка вышла именно со мной.
— И?
— Связь прервалась как только я переступил порог кабинета и теперь меня не слышат. — Пожал я плечами.
— Почувствовали. — Уважительно хмыкнул князь.
Я утвердительно кивнул. Надо отдать должное умению князя работать с рунами. Он столь филигранно апгрейдил и удерживает «Полог тишины», что не обладай я сильным даром, то ничего не почувствовал бы. Всё так, мои таланты не ограничиваются одними лишь боевыми и защитными рунами. Есть ещё некоторые нюансы. Разумеется, если им уделять время и развивать. А я в этом мире решил всерьёз взяться за образование.
— «Полог тишины» ничего не решает. Без драки меня не взять, свидетель того, что я как минимум был здесь и общался с вашим дьяком, у меня имеется.
— Пояснил я.
— Ладно, насчёт слабоумия я погорячился. Вы просто глупый. Допустим сегодня вы меня обставили. Но вы подумали, что будет завтра? Или полагаете, что я прощу вам подобную дерзость?
— Это будет завтра. А сегодня я хочу вам сказать, что вы больше не посмеете использовать мою жену в своих грязных интригах. Никогда и никаким боком.
— Однако. — Хмыкнул он, откинувшись на высокую спинку кресла.
— Именно так. — Подтвердил я.
— Ольга княжна, и она знает, что значит долг перед родом. Если потребуется, то она не пощадит своей жизни.
— А пока вы решили растоптать её честь. На благо рода конечно же. Вы просто взяли и подложили княжну, на секундочку свою родную внучку, как продажную девку, чтобы она понесла и предоставила в ваши руки кровь Каменецких. За что вы с ней так, а ваша светлость? За то, что посмела влюбиться и позабыть о долге перед родом.
